- Возможны варианты, - повторяю я. - Не видите?
- О! Кого вы утешаете? Себя? Или меня?
- Не вас, разумеется. Уверен, что граф фон Варбург цу Троттен - Пфальц не проявит постыдного малодушия и доставит Цоллеру радость, добровольно взяв на себя грязную работу. Только мне это не улыбается. Я, представьте себе, большой жизнелюб и не намерен уходить, даже эффектно хлопая дверью напоследок.
Варбург опускается на сиденье и запахивает пальто. Минуту или две молчит, а я курю и не тороплю его... Сверхчеловек?.. Пустое. Неглупый субъект, хладнокровный и не лишенный здравого смысла... Тоже мне, Зевс на Олимпе!
- Вы что - то говорили, Одиссей?
Голос Варбурга тускл, как отражение в стекле. Я докуриваю сигарету и сую ее в пепельницу на подлокотнике. План мой несложен, и изложение его занимает минимум времени - ровно столько, сколько надо Варбургу, чтобы понять самую суть.
- Ну, и?.. - говорит он, и в голосе его я улавливаю надежду.
- Больше ничего, - говорю я. - Вы отвозите меня в Берлин, я встречаюсь с Цоллером, а потом с вами. У вас есть телефон, защищенный от подслушивания?
- Но вы уверены, что Цоллер?..
- Он и пальцем не пошевельнет, пока я не подтолкну его. Успокойтесь: для дела, ради которого я здесь, вы нужнее дюжины Цоллеров. Считайте меня своим ангелом - хранителем и будьте паинькой, а еще лучше - источником хорошей информации. Договорились?
- Да, - говорит Варбург, подумав. - Да, Одиссей.
- Скажите Руди, чтобы отвез меня в Берлин. Если не возражаете, я вздремну... Нет, нет, это не бравада! Просто так сложилось, что я уже несколько ночей не высыпаюсь, отчасти по вашей вине.
Варбург наклоняется к трубе.
- В Берлин, Руди. В Потсдаме не останавливайся.
Отражение фар в стекле вспыхивает и гаснет еще трижды; четвертой вспышки я не вижу. Сон, тяжелый и плотный, без сновидений, валится на меня; я барахтаюсь в нем, захлебываюсь, чтобы вынырнуть как раз тогда, когда «хорьх» въезжает в Берлин. Некоторое время мы колесим по незнакомым мне улицам, пока не сворачиваем на Теуфельсзеештрассе, а оттуда на широкую, густо застроенную Кайзердам.
В машине сизо от табачного дыма; лицо бригаденфюрера словно опутано паутиной; мешки под глазами и бескровные губы свидетельствуют, что, несмотря на все самообладание, ночь далась ему нелегко.
- Как Цоллер? - спрашиваю я. - Стряхнули с хвоста?
- В Потсдаме, - говорит Варбург и глубоко затягивается сигаретой. - Как, по - вашему, он изрядный мерзавец? Сможем мы с ним столковаться?
- На джентльмена он не похож... Давайте забудем о нем, до вечера хотя бы. Лучше скажите, почему вы окопались в Бернбурге? Дела, опала или отпуск?
- По сугубо личным причинам. Вас они не касаются, Одиссей.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.