«Добродетели» Фельдфебеля Першлера

Л Черная| опубликовано в номере №649, июнь 1954
  • В закладки
  • Вставить в блог

Когда А. С. Грибоедов вкладывал в уста солдафона Скалозуба реплику: «Я князь-Григорию и вам фельдфебеля в Вольтеры дам», - он, конечно, не предполагал, что спустя сто тридцать лет найдутся деятели, которые в масштабах целого государства провозгласят фельдфебеля идеологическим наставником миллионов людей. А между тем это случилось не так давно в боннском государстве Аденауэра. Фамилия фельдфебеля, который должен стать идеологом и воспитателем западногерманской молодежи - Першлер. Вот что пишет о нем бывший гитлеровский генерал Рамке, ныне один из главарей боннских милитаристов:

«У фельдфебеля Першлера истинно солдатская выправка... голос его звучит как колокол».

Разумеется, западногерманский генерал не зря воспевает какого-то фельдфебеля Першлера. Согласно замыслам боннских пропагандистов, Першлер должен стать образцом для западногерманского юношества.

Чем же прославился этот фельдфебель?

Из воспоминаний Рамке мы узнаем, что Першлер в годы войны совершил чудовищные злодеяния на территориях, временно оккупированных гитлеровцами. Даже западногерманский суд, всячески выгораживающий фашистов, был вынужден приговорить Першлера к смертной казни за его преступления. Однако подсудимый, выслушав приговор, встал на вытяжку, щелкнул каблуками и, обращаясь к Рамке, отрапортовал: «Фельдфебель Першлер просит у господина генерала дозволения отлучиться, чтобы дать себя расстрелять».

Так пишет сам Рамке. Надо полагать, что «героическое» поведение «образцового» фельдфебеля - плод фантазии генерала Рамке и его коллег. Хорошо известно, что на судах, разбиравших дела фашистских преступников, таких анекдотов, как с Першлером, никогда не случалось. Гитлеровские фельдфебели не только не щелкали каблуками перед своими генералами, но старались утолить их с головой, чтобы как-то выгородить самих себя. Но не в Першлере дело. Дело в тех, с позволения сказать, «идеалах», которые боннские реваншисты стремятся привить сейчас западногерманской молодежи. Сами боннские милитаристы называют эти «идеалы» «солдатскими» или еще точнее - «прусскими».

Болтовней о «прусских доблестях» заполнена буквально вся милитаристская литература, которая издается в Западной Германии. Реваншистская газетенка «Дер фронт-зольдат эрцельт» («фронтовой солдат рассказывает») требует «воскресить в народе солдатские добродетели». Газета «Зольдатен-цейтунг» заявляет: «Идеалы пруссачества должны быть возрождены вновь».

Что же это за «прусские добродетели», в духе которых бывшие гитлеровцы, а ныне аденауэровцы стремятся воспитать западногерманскую молодежь?

Чтобы ответить на этот вопрос, надо лишь свести воедино отдельные «программные» высказывания боннских милитаристов.

Бывший гитлеровский фельдмаршал авиации, а ныне глава милитаристской организации «Стальной шлем» Кессельринг открыто прославляет жестокость, проявленную фашистами в годы войны. На страницах своих мемуаров он гневается на тех, кто порицает гитлеровских офицеров, которые «расстреляли без вины... десяток штатских». Уже упомянутая газета «Дер фронт-зольдат эрцельт» уверяет, что «мужские инстинкты толкают людей на войну».

Нетрудно заметить, что «моральный кодекс», усиленно насаждаемый сейчас в Западной Германии, не является изобретением нынешних боннских реваншистов. Он создавался германскими империалистами многие десятилетия, с тех пор, как они стали на путь агрессивных войн... Любимым изречением канцлера Бисмарка было: «Мы, пруссаки, все рождаемся в мундирах». Обращаясь к командирам своей армии, тот же Бисмарк призывал «расстреливать, вешать, жечь». Напутствуя немецкие войска, отправляемые в Китай для подавления боксерского восстания, германский кайзер Вильгельм II изрек: «Пощады не давать, пленных не брать!» Идеолог немецких империалистов генерал Фридрих фон Бернгарди в книге «Наша будущность», которая вышла еще накануне первой мировой войны, писал, что «война есть биологическая потребность».

Однако вернемся к фельдфебелю Першлеру. Как ни похож этот тупоголовый молодчик на «классического» пруссака, которому его «биологическая потребность» повелевает «резать и жечь», - у него есть и некоторые отличительные черты. Боннским реваншистам теперь уже мало просто «пруссаков». Им нужны военные роботы, автоматы, не имеющие никаких человеческих чувств. Фельдфебель Першлер, воспетый генералом Рамке, и есть образец такого рода «механического человека», истукана в солдатском мундире. Характерно, что бывшие эсэсовцы создали себе своего «героя». Эсэсовские обергруппенфюрер Пауль Гауссер в книге «Вооруженная СС в действии» выводит героем некоего Ковальского. Разница между Першлером и Ковальским заключается только в том, что Ковальский обращается не к генералу, а к обер-юнкеру и не в зале суда, а на поле боя. Смертельно раненный, он... «поднял руку по установленному приветствию и на глазах у всех под сильнейшим русским пулеметным огнем сказал звонким голосом: «Обер-юнкер! Докладываю о моем выбытии из строя...»

Подобные басни предназначены, прежде всего, для подрастающего поколения, не видевшего фронта. Но воспитать жестоких, послушных солдат-автоматов, которые требуются сейчас западногерманским милитаристам, невозможно с помощью одной только фашистской пропаганды. Для этой цели в боннском «рейхе» созданы сотни массовых военных и полувоенных организаций. Одних только солдатских союзов, находящихся на содержании правительства Аденауэра, в Западной Германии насчитывается 528. Именно эти союзы и являются сейчас основными питомниками для выращивания будущих солдат-автоматов.

Солдатские союзы созданы боннскими милитаристами на базе бывших фашистских военных подразделений. Они носят незнания таких гитлеровских дивизий, как «виндхунд» («гончая собака»), «ди грюнен тейфель» (зеленые черти), и объединяют наиболее оголтелых фашистов, которые мечтают о том, чтобы «переиграть игру». В этих союзах разнузданная реваншистская пропаганда сочетается с отчаянной солдатской муштрой. Их парады, которые время от времени организуются главарями западногерманских милитаристов, как две капли воды, напоминают парады гитлеровцев: тот же «гусиный шаг», те же окаменевшие лица, то же стремление «устрашить» уже одним своим видом - все то же, что было у фашистских молодчиков.

Для обработки западногерманской молодежи в милитаристском духе существуют и специальные юношеские организации. Об одной из таких организаций буржуазная западногерманская газета «Ганноверше прессе» напечатала подробную корреспонденцию, в которой говорилось:

«На берегу Северного моря существует своего рода третий «рейх» в миниатюре. На мачтах развеваются черно-бело-красные флаги. Повсюду красуются древнегерманские руны (письмена), и громкие крики «хайль!» доносятся из лесной чащи».

В этой корреспонденции речь шла о лагере неонацистского молодежного союза «Рейхс-югенд», а такие лагери имеет и другая фашистская юношеская организация, под названием «Имперский орден».

«Рейхс-югенд», «Имперский орден» и другие молодежные организации фашистского типа должны, по мысли их организаторов, служить источниками пушечного мяса для создаваемого сейчас в Западной Германии нового агрессивного вермахта.

Кроме этих чисто молодежных организаций и упомянутых выше солдатских союзов, «работу» среди западногерманского юношества ведут еще такие милитаристские организации, как «Стальной шлем», «Первый легион» и другие.

В Западной Германии уже сейчас существуют весьма значительные вооруженные силы. Общая численность их, как указывал В. М. Молотов на Берлинском совещании, достигает 368 тысяч человек. Эти силы состоят из военизированных формирований полицейских частей, насчитывающих 213 тысяч человек, и немецких воинских формирований при оккупационных войсках численностью в 155 тысяч человек.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

Виджет Архива Смены