— Что тут тебе осталось дожить, двадцать лет каких-то? Ну, будет восемьдесят с хвостиком. Считай, мы уже у самой межи двух тысячелетий.

Василий Андреевич даже приостановился.

— Ну и озадачил ты меня. Придется скрипеть до самой межи, – деланно посокрушался Василий Андреевич. Рассмеялся и протянул на прощание руку, но, вдруг вспомнив что-то, спросил: – Да, я смотрю, чисто в доме-то, уж не заселяется ли кто в наши хоромы?

— А супруга твоя приходила похозяйствовать, брала у нас ведро с тряпкой.

— И тут успела, – сказал он, не выдав своего удивления. Его взяла досада: «Вот скрытница старая. Шла, небось, в магазин, а самой, видать, не терпелось сюда заглянуть. И ни слова об этом».

Василий Андреевич быстро зашагал к правлению, боясь упустить председателя. Ему хотелось перевезти свое хозяйство именно сегодня, пока не остыл, не заколебался. Но как встретит его председатель? Серьезно или с подначками: дескать, выдохся, сдался? Шуток этих больше всего и боялся старик. Вроде и сам пошутить любитель, а вот боялся.

У самого правления неожиданно подумал о том, что сегодня-завтра обязательно надо написать сыновьям. Знал, что огорчит их, но он напишет, что будет проведывать свой старый корень часто, до самой осени, что нет его вины в такой перемене местожительства. Он покинул Грозный последним, как капитан свой корабль, – по морскому закону.

При мысли о морском законе Василий Андреевич улыбнулся. «Ну, Илья Палыч... Скажет, как припечатает. Все у него кругло и к месту».

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.