На верхней охотничьей площадке первый стрелок катера усатый Витя Михеев внимательно вглядывается в море. Я стою рядом с ним и тоже сжимаю в руках винтовку. На носу устроились эскимосы Миша Пуглиткак и Андрей Малигуткак. Вдоль борта лежат стальные гарпуны с поплавками из надутых нерпичьих шкурка длинных ремнях. Из - за штурвала виднеется напряженное лицо капитана. Морщины собрались на лбу. Лохматые брови нависли над глазами.
Все ближе и ближе подходит катер к месту, где Мазнев заметил фонтаны. Но море пустынно. Все озабоченно оглядываются вокруг. И внезапно крик: «Справа по борту - кит!»
В свинцовых волнах мелькает черная блестящая глыба, затем исчезает и показывается огромный хвост. Никто не успевает выстрелить. Однако китобои комсомольско - молодежного катера не теряются, у них уже есть опыт этой трудной охоты.
- Самый малый! - командует капита», и катер медленно кружит по морю.
Витя Михеев оборачивается ко мне.
- Ну, теперь смотреть надо в оба. Сейчас он1 «блины печь» будет... Вон - вон, смотри! - кричит Витя.
На воде появляются ровные большие круги. Это и есть китовые «блины». Они образуются, как мне объяснили, от движения хвоста животного перед тем, как кит должен вынырнуть. Метрах в пятидесяти от катера опять показывается темная глыба. Хлопают выстрелы. Кит скрывается под водой.
Катер двигается в направлении, известном, наверно, только одному капитану. По каким приметам Мазнев его угадывает, я так и не понял. «Паллада» снижает скорость. Где - то здесь должен вынырнуть кит. Нервы у всех напряжены.
- Кит! - кричит Иван Передня. Белые волосы падают ему на лоб, он дергает головой и быстро прицеливается.
Катер поворачивает на 90 градусов. Но уже поздно. Оказывается, кит вынырнул метрах в десяти позади катера, набрал воздуха и снова нырнул.
Вновь на волнистой поверхности появляются «блины». Мазнев перекладывает штурвал, и катер подходит к этому месту. Ближе, ближе! Все застывают на изготовке. Совсем рядом с катером показываются темные очертания китовой туши, напоминающей тупое веретено.
Тра - ах! - разносится по морю выстрел. Кит вздрагивает, ныряет, но тут же опять всплывает. Еще выстрелы. Кит медленно скрывается под водой, но всплывает все чаще. Катер прочно «сел киту на хвост».
Андрей Малигуткак приготавливает гарпун. Катер подходит вплотную к раненому животному. Андрей размахивается и бросает гарпун. Огромная туша вздрагивает и уходит под воду. Быстро разматываются лини, взлетают над бортом надутые нерпичьи шкуры. Теперь кит не уйдет от охотников. Хотя его и не видно, но поплавки, привязанные к линям, показывают его путь.
Кит опять вынырнул, забил хвостом так, что вскипела вода, и стал медленно погружаться. Однако Витя Михеев уже успел метнуть небольшой гарпун со шлангом и компрессор накачал воздух в тушу. На хвост кита накинули цепь и закрепили на носу. И разом схлынуло возбуждение. Устало присел на якорную лебедку Михеев. Вытерли пот со лба стрелки - эскимосы Андрей и Михаил. Капитан вышел из рубки, посмотрел на часы.
- Шесть часов проохотились. Вот так малыш! Упрямый попался... Это наш пятый в этом году.
«Паллада» идет к Чаплинской косе. Громкими радостными криками встречают катер на берегу. Здесь полно людей. Несколько вельботов готовятся к отплытию.
Приходит время расстаться с «Палладой». Прощаюсь со всем экипажем и спрыгиваю на берег.
А вечером из Чаплине уходили вельботы в бухту Ткачен. Они везли туда оленье мясо для строителей. Мне много рассказывали о Ткачене. Эскимосский колхоз строил там своими силами новую усадьбу с большими благоустроенными домами, с каменной электростанцией.
... В Ткачен приезжаем под вечер. Последние лучи заката золотят спокойную воду. Алеют снежные вершины сопок, голубеет небо, и поселок, состоящий из нескольких домиков и палаток, кажется игрушечным.
Вскоре я познакомился почти со всеми жителями поселка. У одного из бараков вспыхнул костер. Пожилая чукчанка поставила на огонь большой котел со свежим оленьим мясом.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.