- Ну, сделаете теперь? - ободряюще спросил Новиков машиниста.
Парнишка приподнял тюбетейку, спрятал под нее мокрый всклокоченный чуб и, повеселев, взялся за ключи.
И снова мелькали белые ровные надолбы, высокие бетонные мосты...
- Коварные тут реки, - рассказывал Новиков. - Только и жди от них пакостей. Вчера бухгалтер наш чуть не погиб. Едет на участок - зарплату рабочим повез, - и вдруг сзади догоняет вода. Да какая! Настоящий силь. Хорошо, что место удобное оказалось - машину на склон горы успели вывести... Мы с силями борьбу ведем. Поедешь по дороге, увидишь: бетонные лотки устанавливаем, трубы для отвода воды прокладываем.
В прорабстве Сидорова, где сделали вторую остановку, молодой парень в клетчатой ковбойке с досадой развел руками:
- План - то на энтузиазме выполняем! Экскаватор опять стоит...
Экскаватор действительно стоял, уныло уткнувшись ковшом в стенку карьера. Рядом грыз землю второй экскаватор. Сверкали на ослепительном солнце его металлические зубья, под стрелу подходили тяжелые самосвалы. Машинист экскаватора Петр Фирсов, увидев начальника, заглушил мотор.
- Поздравляю! - крикнул ему Новиков. - Отца орденом наградили.
- Знаю про отца, - кивнул головой Фирсов. - А меня - то с чем поздравлять? Шлепаю тут... Грунт из ковша обратно вываливается.
Он включил мотор. Экскаватор набрал полный ковш грунта, а тот же момент открылся поддон, и грунт высылался.
- И у него скоба сработалась, приварить надо, - кивнул Фирсов в сторону другой машины. - Который час сварщика ждем.
Мухтар поймал себя на мысли, что у «его «чешутся руки». Он завидовал этому сильному, грубоватому парню. И ему вдруг захотелось сесть на место экскаваторщика, а раскаленную солнцем кабину.
От экскаваторщиков Мухтар поехал на попутном грузовике. Он был третьим в кабине. Кроме водителя, там сидела девушка, белокурая, загорелая, а нарядном шелковом платье. Мухтар узнал, что его спутница - бригадир «девчачьей бригады» Тамара Подлипинская. Пока проезжали по городу, она останавливала машину возле каждого магазина, торопливо выскакивала из кабины и каждый раз возвращалась расстроенная.
- Еще на Северном руднике промтоварные есть, - говорил шофер и гнал мощный «ЗИЛ» в горняцкий поселок.
Тамара искала баян. Но его не оказалось и на Северном. Девушка только вздыхала и всю дорогу потом рассказывала о том, как хорошо поют парни и девушки на прорабстве Трухина, где она работает, как мечтают они о баяне, а сейчас, наверное, с нетерпением ждут ее возвращения.
... Машина миновала подвесной мост, и дальше дорога пошла по краю ущелья, на дне которого зловеще шумела мутная, стремительная река Нарын. Начались горы. Дорога поднималась на крутые подъемы, делала коварные повороты.
- Ну вот, Чертов перевал проехали, - сказал шофер. - Раньше здесь дорога на семьдесят метров выше шла. Не дорога, а западня... Опасное было место! А потом строители пришли, заложили в скалу шестьдесят тонн аммонита - на сорока машинах подвезли - и взорвали. Опустили полотно дороги на семьдесят метров. Теперь этот перевал только по привычке зовут Чертовым...
Наконец на дороге появились девчата из Тамариной бригады. Они работали небольшими группами: одни бетонировали парапеты, ставили надолбы, другие мостили кюветы, третьи возводили вдоль дороги со стороны скал подпорные стены, которые должны были защищать дорогу от осыпей. А еще дальше начинался рабочий участок другой «девчачьей бригады», которой руководила Вагизя Гайнуллина. Девушки воздвигали подпорную стену из железобетона. Их работу придирчиво принимал десятник Иван Ефимович Литвинов, единственный пожилой человек в прорабстве Трухина.
Как раз наступило время обеденного перерыва, и девчата атаковали машину. Они ловко попрыгали в кузов, сейчас же затянули песню. Тамара тяжело вздохнула и съежилась. Ее еще не заметили. Зато когда подъехали к лагерю и Тамара вышла из кабины, ее тотчас же обступили девчата и парни - шумели, возмущались, переспрашивали.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.