- Вы обладаете замечательной способностью, Лестрейд, появляться в самый неожиданный и драматический момент, - лениво заметил Холмс.
- И это ставит некоторых в затруднительное положение, - ответил детектив, положив свою шляпу рядом с газовой печкой. - Ну - с, присутствие в вашем доме этого почтенного джентльмена бесспорно свидетельствует о том, что в настоящее время вы заняты уютным маленьким домом в Сомерсете. Факты весьма определенны и ведут в одну сторону, как указательные столбы. Не так ли, мистер Холмс?
- К несчастью, указательные столбы можно легко повернуть в любую сторону, - ответил Холмс. - В прошлом мне неоднократно приходилось доказывать вам эту истину, Лестрейд.
Сыщик из Скотленд Ярда вспыхнул от злости:
- Всякое бывает. Но сейчас у меня нет никаких сомнений. Перед нами налицо и мотив преступления и возможность его совершения. Мы знаем, кто преступник, и нам остается выяснить лишь, каким образом было совершено убийство.
- Я утверждаю, что мой несчастный племянник!... - вскричал священник в отчаянии.
- А я ведь не называл имен!
- Но с того момента, как вам стало известно, что он был личным врачом сквайра, вы не скрывали, что считаете моего племянника убийцей. Всем ясно, что только Гриффину выгодно это злополучное завещание.
- Вы забыли еще упомянуть о его личной репутации, - мрачно добавил Лестрейд.
- Он необуздан, да; романтичен, вспыльчив, если вам угодно. Но быть хладнокровным убийцей - никогда! Ведь я его знаю с пеленок...
- Ну, поживем - увидим... Мистер Холмс, а я очень хотел бы поговорить с вами.
Во время этой словесной перепалки между нашим клиентом и Лестрейдом Холмс смотрел на потолок с отсутствующим, рассеянным выражением лица. Я замечал это у него только в тех случаях, когда он чувствовал, что уже держит в руках какую - то трудно уловимую нить улик, все еще скрытую в лабиринте множества фактов и подозрений.
Внезапно Холмс поднялся и обратился к мистеру Эппли:
- Вы собираетесь возвратиться в Сомерсет днем?
- Да, поездом в два тридцать из Паддингтона. - Священник вскочил, и его лицо окрасилось легким румянцем. - Неужели я могу рассчитывать, мистер Холмс?..
- Да, мы с доктором Ватсоном поедем с вами. Пожалуйста, попросите миссис Хадсон вызвать кэб.
Наш посетитель бросился вниз по лестнице.
- Довольно любопытное дело, - заметил Холмс, наполняя свой дорожный кисет табаком.
- Я так рад, что, наконец, вы увидели все в надлежащем свете, дружище, - заметил я. - Мне сначала показалось, что почтенный Эппли выводит вас из себя, особенно когда он начал распространяться о своей ранней склонности к медицине и о рассеянности, из - за которой мог бы оперировать пациента без всякой на то надобности.
Впечатление от этого как будто безобидного замечания было поразительным. Сосредоточенно поглядев перед собой, Холмс быстро встал.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.