— Не удери, смотри, чудак, — говорил я зайцу, — скачи, брат, где посуше, на тропу.

И заяц прыгал и прыгал...

Сумерки стали густеть. Я едва различал его грязный комок.

Серые, цепкие лапы тянула ночь, и я чувствовал ее смертное дыхание...

Вдруг брызнуло свежим воздухом, замережила синева, — и я заликовал; заяц поддал, я выбежал за ним и увидел: лип нет, туман по низине; а впереди синий вечер и под ясным месяцем блестит мое село и на этот серебряный месяц позванивают бессонные жаворонки.

— Ох, — схватился я за полыхавшую огнем голову. До села — один овраг, хотя рев его говорил, что прорвался пруд.

Заяц попрыгал по косе к ревущему в пене оврагу. Я заторопился и тут увидел — мечется заяц по косе, впереди бушует вода, а сзади — я.

И тут растопырил я руки и, хохоча, подбежал к зайцу. Он метнул в бок, в другой и вдруг заорал жалобно и отчаянно кувыркнулся в поток.

Не помня себя, я чебурахнулся за ним и, обжигаясь холодом воды и фыркая, нырнул и цапнул зайца за уши.

Он еще раз вскрикнул и вдруг помертвел и повис у меня в руках тряпкой.

Напрямик, убиваясь о льдины и какие-то бревна, срываясь и падая, полез я на тот берег. Поток крутил меня, швырял и ранил острыми кусками льда.

Я вылез и лег избитым телом на сырую зеленеющую землю. Пощупал еще теплого зайца и учуял рукой в отвислом животе зайчат.

— Зайчиха...

Я поднялся, улыбнулся во весь рот и, прижимая и грея ее, побежал домой...

* * *

НИКОМУ первый заяц не делал столько хлопот.

Я подробно, начистоту рассказал начальнику отряда все.

— А не врешь? — скрипнул он зубом и так уцепил за плечо и тряхнул, что у меня в глазах десятки зайцев проскакали.

— Нет! — задохнулся я.

— Чем докажешь, может, все подвох, может ты... — глаза его затуманились, он наверное представил: овраг, засаду, замученных своих конников и бушующий поток, уносящий его с размозженной головой в реку...

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6
• 7
• 8
• 9
• следующая

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.