Я молчал.
- Да, вам, мужчинам, это счастье очень трудно понять. Это - счастье молодой матери. Нелегко, правда, забывается всё то, что было на заводе, а они обе мне легко забыли... - Лена поспешила распрощаться.
Я долго смотрел ей вслед, припоминая ту Лену, которую знал раньше. Она шла уверенно по светлой, полной жизни комсомольской дороге, а когда впереди ещё ярче и радостнее зажглись новые путеводные огни, она сошла с этой дороги в тихое, тоже, безусловно, счастливое материнство, в одиночество. «Вам очень трудно понять моё новое счастье», - вспомнил я слова Лены.
«Да, Лена, я понимаю твоё новое счастье, - думал я. - Но, может, оно было бы вдвойне полнее, если бы ты не ушла из комсомольского коллектива?»
Почему же всё так произошло? Уходя в декретный отпуск, Лена просила комсомольцев навещать её, сообщать о новостях на заводе. Но секретарь заводского комитета комсомола забыл об этой просьбе. Никто не пришёл навестить Лену и в то время, когда она лежала в больнице, и в то время, когда она с ребёнком на руках возвратилась домой. «Раз они не приходят, - значит, я им не нужна, значит, забыли», - подумала Лена.
Прошёл месяц. Лена решила больше не работать на заводе, снялась с учёта в комсомольской организации. Углубившись целиком в свои домашние дела, она на протяжении четырёх месяцев не являлась в райком комсомола для получения направления в другую комсомольскую организацию. Сначала бывшую работницу завода тревожил её легкомысленный поступок, но постепенно она свыклась со своим новым положением, хотя в душе тосковала о работе, о комсомольском коллективе, о своих товарищах.
Но история Лены этим не окончилась. С большим опозданием заводской комитет и райком комсомола вспомнили о Лене. Со слезами на глазах просила она восстановить её в рядах ВЛКСМ.
Сейчас Лена снова работает на заводе и с ещё большей энергией и любовью выполняет комсомольские поручения. Но могло ведь получиться и иначе. Могло статься так, что коллектив навсегда бы потерял своего товарища, а Лена совсем бы отошла от общественной жизни. Кто же виноват в том, что произошло?
Прежде всего, конечно, сама Лена. Но не в меньшей степени и её товарищи - комсомольцы, райком.
Рассказанный мною случай не единственный. Такие случаи встречаются не только на этом заводе и не только в нашем городе. И это ещё раз напоминает комсомольцу: будь внимательней к своему товарищу, ведь дружба постоянно проверяется жизнью. Комсомольская работа - это не только собрания, обор членских взносов, проверка выполнения заданий: это прежде всего работа с каждым человеком!
г. Хорол, Полтавская область.
МНИМЫЙ АВТОРИТЕТ АЛЬБЕРТА НИКИТЕНКОВА
АНАТОЛИЙ МУЗЫКАНТОВ
Я учусь в десятом классе и являюсь секретарём комитета ВЛКСМ Слободской средней школы. Прочитал я статью А. Первенцева и хочу рассказать о случае, который произошёл у нас однажды на отчётно - выборном комсомольском собрании.
Альберта Никитенкова, нашего «вечного» члена комитета, «прокатили» на выборах.
Альберт руководил сектором учёбы. Сам учился он хорошо. Но вот товарищи стали замечать, что парень начинает зазнаваться.
Он стал свысока относиться к своим товарищам, вместо того чтобы помогать им в учёбе. В классе, на комсомольских собраниях он держался гордо, независимо, считал себя «большим человеком», говорил своим друзьям: что мне вы, я ведь член комитета, моё мнение должно быть решающим в классе. Он вечно ссорился с секретарём классной комсомольской организации, навязывал ему своё мнение. Долго это тянуться не могло. Секретарь классной организации Михаил Иванов обратился в комитет: «Никитеиков мешает работать, всё хочет по - своему делать, как ему нравится, а не как коллективу».
И вот на заседании комитета мы обсуждаем поведение Никитенкова.
Члены комитета горячо критикуют Альберта за эгоизм, тщеславие, себялюбие. Но Никитенков и на комитете заявил: «Меня, избрали комсомольцы, я сам знаю, что делаю».
Когда комсомольцы не избрали его в состав комитета, он обозлился на всех: ах, мол, я вам плох, ну и работайте сами, посмотрим, как вы без меня обойдётесь! Секретарём комсомольцы опять оставили меня, а за успеваемостью стал следить новый член комитета, Васильев. Ему трудно было: дела у него вначале не ладились. А Никитенков злорадно усмехался: «Без меня не обойдётесь!» Но нет, прошло время, и сейчас Васильев работает хорошо.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.