ОТВЕТ. Включение в стахановское движение у меня было в конце октября...
Что заставляло молодых, жизнерадостных товарищей говорить таким мертвым, бюрократическим языком? Не проще ли было сказать: «Я стал лучше питаться» или «Я начал работать по - стахановски с конца октября»?..
Тяжеловесное чиновно - канцелярское «красноречие» на собраниях и блатной жаргон в быту - вот что характеризует язык очень многих молодых рабочих и работниц.
Есть фразы, которые как бы получили права гражданства в языке молодежи, хотя они безграмотны. Безграмотность им как бы прощается «за выслугу лет». К таким фразам относится знаменитое «На сегодняшний день мы имеем»... Или: «Надо подчеркнуть о том» вместо «надо подчеркнуть то».
Слово «вопрос», которое во всех речах активистов повторяется сотни раз, часто употребляется в искривленном, искаженном смысле. Говорят, например: «Наша работа в вопросе стахановского движения...» вместо того чтобы сказать: «В области стахановского движения» или еще лучше: «Наше участие в стахановском движении».
А как беден язык иных комсомольских активистов, призванных воспитывать молодежь!
Вот отрывок из речи тов. Нестерова, секретаря Вольского горкома ВЛКСМ, на комсомольской конференции:
«Мы сейчас имеем около 20 первичных комсомольских организаций. Мы имеем на заводах Бокова, Саратова, Вольска стахановские смены, цехи. Но было бы неправильно думать, что в развертывании стахановского движения сделано все и что те результаты, которые мы имеем, являются целиком и полностью результатом только работы оргбюро. В этой области оргбюро и отдел рабочей молодежи имеют серьезное отставание. Здесь мы имеем такое положение»... и т. д. «Имеем», «имели», «имеются» - без конца, без передышки; под этим словесным хламом, под этой однотонной, серой пеленой ничего нельзя разглядеть: ни жизни, ни людей, ни стахановских смен, ни комсомольской работы.
Товарищ Нестеров, в русском языке есть и другие слова кроме «имеются» и «являются».
Вы рассуждаете о стахановском движении, о движении, подготовляющем переход к эпохе коммунизма, - эпохе высочайшей культуры, а говорите нищим, тусклым, антикультурным языком - языком какого - то отставного писаря. Вы в своем докладе сказали, что молодежь стала лучше одеваться, а вот свои мысли вы не позаботились одеть в приличную одежду. Неужели, товарищ Нестеров, культура заключается только в том, чтобы стахановцы носили шевиотовые костюмы и посещали «не меньше трех раз в месяц» кино и театр?
Впрочем, люди, которые умудряются говорить о стахановцах пресно и нудно, неожиданно приобретают дар слова, когда речь заходит о разных выговорах, «на видах» и прочих взысканиях.
Вот каким стилем разговаривают с молодежью активисты Петроградского района Ленинграда. Об этом с возмущением рассказывала на районной конференция девушка с трикотажной фабрики «Красное знамя»:
- Мы вам вправим мозги.
- Возьмем за жабры.
- Набьем морду.
На московской областной конференции, которая происходила в Доме союзов, одна делегация выпускала стенновку с острыми шаржами и карикатурами.
Некоторые из этих карикатур мы помещаем в журнале. Они говорят о том, что передовая советская молодежь начала беспощадную борьбу с языковым бескультурьем. Отныне грубость, казенщина, безграмотность в разговоре объявляются в комсомоле вне закона.
Та же девушка с «Красного знамени» на конференции привела такой пример:
- Когда комсомолец впервые приходит на политкружок, он часто бывает в затруднении (голоса: «Правильно!»). Он знает, что преподавателю нельзя отвечать фразами, которые пестрят блатными словечками, и... теряется... В нашем кружке был, впрочем, случай, когда комсомолец выразился так: «Международная буржуазия гусарится, но все равно ей будет «амба». (Общий смех.)
Рядовые комсомольцы понимают, что словесный хлам не дает пробиться наружу мысли, глушит мысль, т.е. мешает идейному и культурному вооружению человека. Тем более это должно быть ясно каждому активисту союза.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.