- Фигура низкого пилотажа, - удовлетворенно заметил, сидя на бруствере окопа, сержант Сапегин. - Что - то среднее между штопором и глубоким виражем...
А красноармеец Федчук, не искушенный в авиационных терминах, сказал, наблюдая за «Юнкерсом»:
- Кувырком пошел... На заземление.
Бомбардировщик рухнул за дальним лесом, взорвавшись на своих бомбах.
С того памятного дня за Лыковым утвердилась новая кличка: «зенитчик».
И хотя «зенитчик» Лысов по - прежнему вел нехитрое ротное делопроизводство, никто не называл его писарем.
Новая кличка нравилась больше и роте и ему самому.
Разведчики прослышали о том, что немцы хотят устроить в деревне Марьино киносеанс для солдат.
Стал известен и точный адрес: пустующее здание колхозного клуба. Стало известно и начало сеанса: десять вечера.
Очевидно, прибыла новая партия целлулоидного вранья Геббельса. Может быть, очередной выпуск немецкой кинохроники был посвящен слабости русской артиллерии?
Майор Нестеров еще раз взглянул на часы и позвонил на батарею.
- Огонек найдется? - спросил Нестеров таким тоном, каким курильщик просит огня у случайного прохожего.
- Огонек припасли, - заверил старший лейтенант Леоничев. - В десять ноль - ноль можем начать сеанс.
- Сумеем попасть без билетов в зрительный зал?
- Надеюсь, товарищ майор.
- А опоздавшие на нас не обидятся? - лукаво спросил Нестеров.
- Немцы - публика аккуратная...
- А вдруг кто - нибудь не поспеет к началу? - не унимался предусмотрительный майор. - Все - таки невежливо будет с нашей стороны.
Артиллерийский огонь был открыт в двадцать минут одиннадцатого. Зрительный зал к тому времени был битком набит немецкими солдатами.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.