Шли дни. Приходько уже привык спать под грохот канонады, шутил во время перестрелки.
Враг рвался к шоссе и к минированному нами мосту. Наше стрелковое подразделение отходило по этому мосту на новый рубеж. Надо было удержать мост до окончания перегруппировки.
Бойцы хорошо оборонялись: ни ружейный, ни пулеметный огонь не сломил их. Тогда немцы открыли по мосту артиллерийский и минометный огонь. Загорелся деревянный настил. Бойцы бросились гасить пламя. Но было видно, что они не сумеют сдержать его. Огонь все ближе подползал к запалам. Еще немного - и все взлетит на воздух.
Внезапно из отряда прикрытия выбежал Приходько и стремительно бросился в огонь... Секунды ожидания казались нам часами. Он не возвращался. И когда мы потеряли уже надежду, из бушевавшего огня появился Приходько. Опаленный, он подбежал ко мне и протянул выдернутые им запалы.
- Теперь и гасить можно, - сказал он спокойно и пополз к своему подразделению.
Много воды утекло с тех пор! Приходько принимал участие в бесчисленных маршах, десятки раз ходил в атаки. Он забыл уже о своем былом страхе. Иногда ему кажется, что он воюет всю жизнь. Точно так же, как в первые дни войны он говорил: «У нас в колхозе», - теперь он говорит: «У нас в полку». Здесь, на войне, Приходько нашел друзей по боевым делам. Здесь он нашел и самого себя - уверенного, сурового, мужественного.
Вот он сидит в землянке, пришивает пуговицу к шинели и спокойно говорит молодому бойцу:
- Ты не пужайся! Огня пуще меня никто не боялся. Сморчком был, когда батя в огне сгорел, а все с тех пор трусил. Ты думаешь, у меня раньше не было страха, когда в бой шел? Был! А теперь... иду просто так. Понимаешь?..
Долго поучает Приходько новичка. Я слушаю его и думаю: «Что же изменило характер и повадки этого человека? Какой вывод надо сделать из его более чем полугодовой поучительной жизни в окопах?»
Первый вывод - новичок в бою не должен оказаться одиноким. Это не значит, что к еще да обстрелянному бойцу нужно приставлять няньку. Нет! Рядом с ним должен быть опытный боец, такой, как младший политрук Федоровский, каким теперь сам является Приходько. В нужный момент этот товарищ по оружию найдет теплое слово, ободрит, ведь он сам пережил все эти «страсти - мордасти».
Второй вывод: не следует спешить с оценкой личных качеств новичков. Надо помнить, что бесстрашным может быть каждый наш воин. Надо только помочь ему, как Приходько, найти самого себя, научиться владеть собой.
Лишь пройдя суровую и тяжелую школу ожесточенных сражений, Приходько нашел слова, поясняющие, что является самым важным в бою:
- Самое важное - не трусить. Будешь кланяться каждой мине, гнуться под каждым снарядом - пропадешь.
Третий вывод - нужно тренировать новых бойцов. Тренировка научит их не бояться опасности, не бежать от нее. Особенно полезно запомнить это командирам, которые заняты сейчас подготовкой новых резервов. Недавно на привале я встретил младшего сержанта Коромыслянского. Он, лихо заломив набок свой треух, быстрым шепотом пел частушки. Руки его двигались так, точно он растягивал меха невидимой трехрядки.
А ведь не так давно Коромыслянский был, как у нас говорят, «под сомнением».
Помню, стоило только закружить вражескому стервятнику над нашей головой, как у Коромыслянского переставали действовать руки и ноги; он даже бежать не мог. Командир взвода потребовал, чтобы Коромыслянского убрали из подразделения.
- Паршивая овца весь строй портит, - жаловался он.
А комиссар части, поговорив с Коромыслянским и осмотрев его оружие, которое, кстати сказать, содержалось в образцовом порядке, сказал:
- Ничего, обвыкнет. Ему «школа» нужна. Пусть идет к «зоркому».
Зорким у нас называли лейтенанта Шумилова, командира зенитной батареи.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.