- Стой! Как фамилия?
- Быков.
- Ах, Быков... На место!
Ксендз взял из рук «Гуся» классный журнал и стал водить по нем пальцем.
- Кучинский!
- Я!
- Знаешь молитвы?
- Не знаю, пане добродзею! - Не знаешь? Зборомирский!
- Я!
- Можешь прочесть молитву? Владек потупился.
- Неужели не знаешь даже «Патер востер»? Владек молчал.
- Кто из католиков знает молитвы? Молчание.
- Свента панно Мария! - вздохнул ксендз и поднял очи к небу.
- Цо за окропносць! - в ужасе прошептал уполномоченный.
Ксендз перекрестился полной горстью и стал сам читать молитву.
- «Pater noster qui est in coelis...»
Люциан Гартинг набожно сложил ладони.
«Его реверенция», не меняя позы, прочел еще краткую молитву за «вольность, целость и независимость отчизны, за армию польскую и за здоровье начальника государства генерала Пилсудского».
Затем ксендз вынул из - за борта сутаны вчетверо сложенную бумажку, подошел к Зборомирскому и ткнул ему бумажку в грудь.
- Возьми, сын мой, - сказал он, - я как бы предчувствовал, что увижу такую печальную картину. Здесь написана латинская молитва перед учением, которую вы, как коллегианты, все обязаны знать. Ученики католического вероисповедания будут ее читать по очереди ежедневно. (Глядя на Лазаря.) И это все, пан инспектор! Можно начинать уроки.
В 3-м номере читайте о трагической судьбе дочери Бориса Годунова царевны Ксении, о жизни и творчестве «королевы Серебряного века» Анны Ахматовой, о Галине Бениславской - женщине, посвятившей Сергею Есенину и жизнь, и смерть, о блистательной звезде оперетты Татьяне Шмыге, о хозяйке знаменитого парижского кафе Агостине Сегатори, служившей музой для многих знаменитых художников, остросюжетный роман Екатерины Марковой «Влюблен и жутко знаменит» и многое дургое.