Сальников – тоже сильная личность. Но не такая, как Вайцеховский, как я. – просто другая. Свою силу он проявляет тем больше, чем с большими трудностями сталкивается, а в принципе уравновешен, мягок, застенчив. Добр – в моем представлении сильный и должен быть добрым. Сальников – молодой человек со средними двигательными способностями и высочайшей работоспособностью – с годами растут результаты и уверенность в себе.
На протяжении многих лет он выдерживал тяжелейшие нагрузки – физические и моральные. С 1973 по 1975 год Сергей Русин, тоже мой ученик – он на год старше Сальникова, – выигрывал у него на всех дистанциях. И Сальников не дрогнул, не «развалился». В 1976 году, перед Олимпиадой в Монреале, Сальников опередил Русина на дистанции 1500 метров и больше ни разу ему на этой дистанции не уступал. В 1978 году, перед первенством мира, Русин был на четырехстах метрах основным участником, Сальников – «дублером». Он выиграл у Русина и 400 и с тех пор здесь тоже ни разу не уступил. А Русин талантливей двигательно. Но менее стойкая нервная система...
Сальников развивался почти так же, как все дети. Единственное, что отличало его, – исполнительность: с детства выше, чем у остальных. Да, у него средние двигательные способности, но умственные способности хорошие. Этот человек может принять любую информацию и логически ее осмыслить.
В нашем деле существует одна сложность. У тренеров, не являющихся сильными личностями, спортсмены, как правило, растут сильными личностями и подминают под себя тренеров. А тренеры. которых можно назвать сильными личностями, не выдают «продукцию», потому что подавляют личность спортсменов. Я хочу и сам оставаться сильной личностью и их растить такими же. Я стремлюсь не подавлять, а управлять. Стремлюсь к тому, чтобы школа была коллективом сильных личностей. Я никогда никого не выделяю, у меня нет любимых и нелюбимых. Коллектив как сила, сложенная из многих сил, – психологическая совместимость – управляемость. Эта триада – мое кредо.
Резервы нашей методики неисчерпаемы. Моя глобальная задача – добиться совокупности трех качеств, необходимых пловцу. Первое – энергетика мышц (даже рекордсмен мира тратит ее сегодня лишь на треть), второе – развитие психологических возможностей организма для перенесения более суровых нагрузок, третье – увеличение скорости восстановительных процессов.
Я мог быть защитить десять диссертаций, но меня ничто не интересует, кроме воспитания пловцов экстра-класса.
Я заговорил о воспитании – оно должно быть многосторонним. Налицо борьба противоположностей. Развивая силу, мы теряем в гибкости, работая над выносливостью, утрачиваем скорость. А все должно быть сбалансировано. Культурная программа, обязательная для спортсменов нашей школы – театры, концерты, музеи, представляет собой определенную часть балансировки, она для нас и фактор восстановления нервной энергии и метод совершенствования человека. Ведь, во-первых, тупость интеллектуальная переходит в тупость физическую. Во-вторых – и это важнее – надо иметь в виду, что в идее создания великого пловца заложена та мысль, что мы в первых рядах атаки. Мы атакуем все то, что мешает человеку стать совершенным существом.
– Надели лопатки, спокойный темп, высокое положение тела, абсолютное чувство воды... Вперед!
Скомандовав, Игорь Михайлович застывает в привычной позе – подперев кулаком подбородок. Тихо звучит музыка – она подана в воду. Изобретение Кошкина.
За столом у бортика фиксирует его задание, данное спортсменам, помощница – Аня Гладущак. В ее функции входит также математический анализ занятий, она же перепечатывает материалы, она же в отсутствие Кошкина ведет тренировки. Ей 18 лет, она мастер спорта, помогает Кошкину с 15. Кстати, директору плавательного центра, мастеру спорта международного класса Александру Грибанову – год. Кошкин растит не только пловцов, он растит соратников со младых ногтей.
Кошкин говорил сжато, формулировал энергично, и лицо его меняло строгое выражение на иное за время наших ленинградских встреч лишь трижды.
На лукавое – когда он произносил лозунг, который якобы хочет вывесить в бассейне (а может, просто разыгрывал меня): «Скинем в воду больше народу – рахиты, оздоровляйтесь!».
На возвышенное – когда у Аничкова моста объяснял своим ребятам, что клодтовское «Укрощение коней» означает покорение человеком природы.
И на совсем особое, удивительное – когда тренировка кончалась и начиналась игра.
Это смесь водного поло с баскетболом: мяч кидают не в ворота, а в корзины. В бассейне стоял плеск и крик, брызги летели, тела блестели, словно разбушевались дельфины. Игорь Михайлович, руководивший игрой, для того (по его словам), чтобы «повышать эмоциональный выброс и предотвращать травматизм», затаился на стартовой тумбочке с улыбкой ребенка, тянущегося к вожделенной игрушке, или влюбленного, созерцающего предмет страсти... Блаженство, тихий восторг. Кошкин в своей стихии, Кошкин тает.
А Володя Сальников размашисто плывет по краю, по-ватерпольному ведя мяч лбом, и вдруг, с ходу до пояса вознесшись из воды, могучий и грозный, бьет из-за головы...
Он хорош и на суше, но как прекрасен среди волн!
Тут самое время привести запись его монолога.
– ...Я родился 21 мая 1960 года в Ленинграде. Мой отец был тогда капитаном дальнего плавания, теперь он – капитан-наставник Балтийского морского пароходства. Мать – конструктор объединения «Красная заря».
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.