О родине
Поэзия и проза в оценке молодых преобразователей севера западной сибири. конференция читателей уренгойской библиотеки имени журнала «смена».
Зимой, когда наступает долгая полярная ночь, луна здесь светит и в полдень. А летом круглые сутки перекатывается по небосклону, не заходя за горизонт, оранжевый апельсин солнца, высвечивающий ажурные силуэты лиственниц, отражающийся на кристально чистой поверхности бесчисленных озер и речушек... Фантастическая в своей неповторимости картина. Какие бы слова нашел для ее описания поэт, так влюбленный в петербургские белые ночи, где «одна заря сменить другую спешит, дав ночи полчаса»! Ни минуты для ночи не остается летом в одном из самых молодых городов нашей страны – Новом Уренгое.
Возьмите географическую карту. Найдите Карское море, его Обскую, а затем Тазовскую губу, впадающую в нее реку Пур. Поднимитесь по ней, пересекая Северный Полярный круг, километров на двести и остановитесь у маленькой точки с надписью Уренгой. Но это еще не конечная цель. Это старый поселок геологов и изыскателей. К Новому Уренгою от него предстоит двигаться по суше. Определите западное направление с небольшим отклонением к северу, отсчитайте в этом направлении около ста километров и остановите свой карандаш чуть южнее Полярного круга. Вот теперь приехали...
Аварии всегда случаются неожиданно. Но для этой даже специально нельзя было бы придумать более неподходящее время.
...Вообще-то температуре, как, впрочем, и самой погоде, на севере больше внимания уделяют приезжие. В Уренгое редко за каким окном увидишь такой привычный в больших городах градусник. Здесь свои критерии оценки погоды. Местный житель просто выглянет в окно: если ветер срывает дым из трубы, значит, девять метров в секунду. Это плохо – самолеты могут не прилететь.
Весной прошлого года одному из авторов этих заметок довелось быть в Уренгойском аэропорту на встрече первой группы Всесоюзного ударного комсомольского отряда «Молодогвардеец». Три десятка человек, в основном девушки – будущие отделочницы, с радостными возгласами, криками «ура» быстро высыпали из разверзнутого чрева грузового АНа на землю. И тут же сильные порывы ветра чуть не вырвали из их рук заранее приготовленные плакаты со словами «Даешь!» и «Мы не подведем!». Плакаты девушки в ярких курточках и беретиках, конечно, удержали. Но, хотя и прилетели они не с жаркого юга, а из сибирского Кургана, удивленно озирались вокруг: видно, не рассчитывали в конце апреля еще раз встретиться с зимой. Старожилы покровительственным тоном разъясняли им: «Разве это мороз – пятнадцать градусов? У нас и зима-то нынешняя мягкая была. Когда до тридцати, это не холодно. Вот когда за пятьдесят да с ветром!»
Первая настоящая зима для этих девушек наступила прошлой осенью. Впрочем, о том, что это осень, напоминал лишь календарь. В Уренгое давно уже лежал снег. Был конец ноября, и пассажирам, прилетающим в Уренгой, стюардессы теплым аэрофлотовским голосом сообщали, что за дверями самолета их ждет мороз за сорок. К тому же ветер. А, как говорят бывалые люди, ниже сорока каждый метр в секунду надо считать за два дополнительных градуса мороза. Может, и не вполне научна такая арифметика, но лично нам, выходя на уренгойские улицы, даже в голову не пришло бы усомниться в ней.
В ту ночь, как мы узнали потом из официальных документов, было минус сорок восемь и ветер был семь метров в секунду. Ветер, находящий любую щелочку, чтобы обжечь лицо, чтобы выдуть из комнаты такое драгоценное в эту погоду тепло.
А утром в Новом Уренгое должна была открыться городская партийная конференция. Вторая в истории молодого города. Единственным помещением, способным принять всех делегатов, оказался большой зал нового спорткомплекса. Всю ночь авиационные машины подогрева, просунув рукава толстенных шлангов под занавешенную одеялом дверь, гнали в спортзал теплый воздух. Задача была простая, но в своей простоте почти нереальная – нагреть в помещении воздух хотя бы до той температуры, чтобы делегаты смогли работать без тулупов и полушубков. И не потому, что избранные на конференцию люди были такими уж неженками. Напротив, среди делегатов – бурильщики и строители, геологи и шоферы, словом, люди, и при более сильных морозах не уходящие со своих рабочих мест на открытом, так сказать, воздухе. Конференция – тоже работа, но еще и праздник. Праздник подведения итогов, праздник, намечающий новые рубежи. И чтобы праздник получился праздничным, всю ночь гнали в самое большое помещение города теплый воздух – лучший подарок, когда на улице за сорок.
Аварии всегда случаются неожиданно. Но для этой, повторим, даже специально нельзя было бы придумать более неподходящее время. И не только потому, что в те дни приехали в Уренгой многочисленные гости, хотя каждому понятно, что неприятность, случившаяся в доме при посторонних, неприятность вдвойне. И не только потому, что она грозила омрачить праздники, а, кроме конференции, Уренгой готовился торжественно отметить 50-летие Ямало-Ненецкого автономного округа. И даже не потому, что в конце года на любом производстве и запланированных-то проблем более чем достаточно. Главное было в том, что в эти пусть не самые «рекордные», но достаточно ранние морозы авария ударила по самому больному месту – по теплу.
Вышла из строя котельная, подающая живительное тепло в батареи домов. Вышла на короткое время, но этого хватило, чтобы северный мороз намертво сковал остывшую в отопительной системе воду, а сковав, шутя разорвал чугунные батареи. Можно специальными машинами отопить одно, пусть и очень большое помещение, но что делать с сотнями остывших квартир, сразу же ощутившими на себе ледяное дыхание Арктики? Тут же в электрическую сеть подключились тысячи самых разнообразных – у кого что было – электронагревательных приборов. На все это энергии не хватило. Погасли окна в домах.
По темным коридорам горкома партии люди шли, ориентируясь, как на маяк, лишь на горящую в стеклянной банке свечу на полу. Но все находили нужные двери. И в каждой комнате при тех же свечах сидели нужные люди и спокойно делали нужное дело. Сейчас очень хочется подчеркнуть именно это слово – спокойно.
Можно многое рассказать о круглосуточной работе моментально созданного штаба по ликвидации аварии. Можно подробно описать поистине героические усилия людей, которые в тяжелейших условиях провели восстановительные работы. Но... как ни неожиданны всегда любые аварии, большей частью почва для них создается самими же людьми, действия которых в предаварийный период полярно противоположны понятиям «героизм» и «самоотверженность». Не наша задача и не наше право – делать выводы из этого урока. Думается, это квалифицированнее и точнее сделают сами уренгойцы. И сделают так же быстро, как быстро сумели они ликвидировать все последствия аварии в котельной.
Мы же хотим сейчас вернуться к подчеркнутому выше слову, к слову «спокойно». Да, именно так, спокойно, продолжали жить и работать в этих если и не чрезвычайных, то очень неприятных условиях уренгойцы.
Спокойно, без лишних эмоций и не дожидаясь никаких указаний, обладатели теплого жилья потеснились и приютили у себя тех, чьи квартиры были «разморожены». Спокойно и по-деловому продолжали работать практически все службы города. Ни на минуту не сдвинув заранее составленного графика, состоялись все городские мероприятия. Спокойно и уверенно звенели под сводами спортзала голоса пионеров, пришедших приветствовать участников торжественного заседания, посвященного 50-летию Ямало-Ненецкого автономного округа:
Вы на карту посмотрите
И Ямал на ней найдите.
Потому что здесь наш дом,
Мы на Севере живем.
Это спокойствие – выражение уверенности и обстоятельности северян, качеств, которые неожиданная ситуация лишь помогла нам разглядеть лучше.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.