Творческая биография поэта Валентина Сорокина тесно связана с. комсомолом. Первые его стихотворения, тогда еще машиниста крана Челябинского металлургического завода, печатались в молодежных изданиях области. Комсомол и писательская организация внимательно отнеслись к поэтическим дебютам молодого рабочего, помогли ему пройти нелегкий, но прекрасный путь в большую поэзию. Путь, закономерным этапом которого явилось присуждение Валентину Сорокину премии Ленинского комсомола.
Давно ли это было? Кажется, только вчера в поэзию ворвался, врубился с маху 26-летний машинист крана из 1-го мартеновского цеха Челябинского металлургического завода. Первые же книжки его – «Мечта» (1960 г.), «Я не знаю покоя» (1962 г.), «Мне Россия сердце подарила» (1963 г.), вышедшие в Челябинске, – сразу обратили внимание критиков экспрессией, молодой расточительностью таланта, прямотой чувства и слова, в которой виделось своего рода обаяние, искупающее излишнюю запальчивость и техническое несовершенство. В поэзии Валентина Сорокина тех лет мы услышали голос самих советских рабочих.
Как давно это было... Время жестоко испытывает на прочность «подающих надежды». Мало ли звонкоголосых замолчали после первой же книжки. Мало ли их топчется на месте, перепевая себя, покоренного однажды степным ли ковыльным простором, грохотом ли и всполохами кипящего металла...
В конце прошлого года вышла чуть ли не двадцатая уже книга Сорокина – «Плывущий Марс» («Молодая гвардия») с циклами стихов о любви, о земле родной, о воинах-победителях, о «лебяжьей Оке», где с высоких бугров деревни Константинове открывается простор несказанный, помогающий лучше понять истоки творчества большого русского поэта Есенина. В этой же книге поэмы: «Дуэль» – о мужественном духовном противоборстве Александра Пушкина с царем и царизмом, с насилием вообще, «Плывущий Марс» – о сталеваре Павле Терентьеве, пошедшем в огонь ради спасения товарищей, «Евпатий Коловрат» – о русском былинном герое... Даже беглое перечисление показывает: нет, не замыкается Валентин Сорокин в какие-либо заранее обозначенные рамки. Растет поэт – и безгранично раздвигается его мир: глубины времени, истории, памяти народной. Яркое тому свидетельство – поэма «Дмитрий Донской», опубликованная в декабре 1977 года журналом «Наш современник».
Значит ли это, что Валентин Сорокин изменил «рабочей теме»? А разве может человек изменить самому главному в себе, тому, что вошло в плоть и кровь, стало не признаком какого-либо происхождения, а самой сутью характера? Разве можно забыть рабочую – классовую – закалку?
И в цехе,
Где упрек – так с добрым толком,
Где места нет
Безверию и тщете,
Меня учили
Мужеству
И долгу.
Меня учили
жажде
и мечте.
Поэтому и сейчас Валентин Сорокин убежден: «Где огонь, там, жаром осиянны, и дела и помыслы чисты». И сейчас он мог бы снова провозгласить: «Я стоял у огня, где стихия клокочет, потому у меня прямо подняты очи».
Ныне верный «свидетель – мартеновский цех» мог бы подтвердить его строки:
На трапах, на плитах шершавых
Я выковал кредо свое:
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Беседуют А.А.Дыбцын, генеральный директор Котласского целлюлозно-бумажного комбината, и Александр Рушаков, электромонтер.
Рассказ