Марке бросает на одеяло килу бумаг - листовки, планы, письма.
«Снова провокация», - подозревает Дагобер, но в ту же минуту соображает, что Марке, если он провокатор, нет смысла приносить обличающие бумаги и самому же предупреждать о них.
- Как ты их нашел?
- Под матрацем. Решил проутюжить брюки, положить их под тюфяк, поднимаю, а там бумаги.
- Постой, постой. А окно у тебя было закрыто?
- Нет, даже удивился - открыто настежь.
Дагобер кидается за Еленой. Надо ее предупредить. На его зов Елена вбегает в комнату.
На лестнице раздаются тяжелые шаги.
- Полиция, полиция, - кричит Дагобер. - Уничтожай бумаги! Рви их! Или лучше просто бежим через крышу. - Он кидается к окну, но уже поздно. Дверь отворяется, и в комнату, тяжело сопя, влетает отец Мотье.
- Дети мои, кооператив окружен шпиками. Я заметил их, возвращаясь из кафе, и шмыгнул к вам. Приготовьтесь к встрече.
Дагобер рассказывает Мотье о неприятном случае, происшедшем с ними.
- Они подкинули документы не только к нам, но и в кооператив, но мне удалось предотвратить провокацию и выкинуть компрометирующие документы из железного ящика в леднике.
Все время молчавшая Елена бледнеет и, видя, как Марке сжигает бумаги, хватает его за руку и кричит:
- Не жгите бумаги, я вам все сейчас объясню.
- Черта с два, - ругается Марке, - поджигай прокламацию!
Тогда Елена отскакивает от Марке в сторону. В ее руке появляется револьвер.
- Запрещаю жечь бумаги - на помощь, на помощь! Руки Дагобера опускаются. Мысли летят куда - то вниз. Значит Елена - шпик. Он падает на кровать, не знает, что предпринять, когда вдруг обычно спокойный Марке, неожиданно нагибается, кошкой подкатывается к Елене, хватает ее за руку и, вырвав револьвер, кричит Мотье и Дагоберу:
- Жгите, жгите, черти! - и он направляет револьвер на Елену и решительно заявляет ей:
- Если будешь кричать - застрелю!
Яркое пламя освещает комнату. На полу остается лишь пепел. Отец Мотье старательно собирает его веником и выбрасывает в окошко. Марке садится на стул и, покуривая трубочку, спрашивает:
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
«Счастливые кольца» - постановка выпускников ГТК