Фелюги не остановились: они не хотели остановиться. Они ушли так далеко, что погоня за ними становилась нелепой. Огни на рейде раздражали. Какого черта кипятится шаланда? Попробовала бы сама гоняться за штормом!...
В синей метели волн потонула «Маге». Горизонт становился всей черней и гуще, и только в кружевной пене рейда купалась красно - зеленой рыбой уставшая «Абхазия».
- Проклятый итальянец! - выругался Володя. - Теперь ясно как дважды два: шхуна отвлекла наше внимание и тем дала возможность уйти фелюгам. Чтоб им...
С шаланды просигналили снова:
- Шхуна «Иорк». Володя глянул: кутаясь в черном дыму, убегала английская шхуна.
Сигнальщик на шаланде потерялся в огненной пене волн. Масляный свет маяка грязным пятном лег на волны. Ночь закружилась каскадами искр, бликов и пены.
Володя крикнул в рупор:
- Шхун? «Иорк» остановиться!
Шхуна ответила тучей черного дыма: она напрягала пары, подпрыгивая, как нелепый, несущийся ком, словно стараясь перескочить через волны. На палубе шхуны суетились люди в зюйдвестках, и случайный луч прожектора с «Абхазии» иногда улавливал мелкие расплывчатые тени.
«Абхазию» вздернуло: носовое орудие резнуло воздух. За кормой стремительно взмыла волна, перекатилась через борт, обдав холодным ливнем всех, кто стоял на палубе.
- Шестнадцать узлов! - сухо сказал штурман. - Нагоняем. Новый снаряд взметнул воздух. Шхуна сигнализировала:
- Останавливаюсь. Прекратите стрельбу.
«Абхазия» казалась игрушкой по сравнению с гигантом «Йорком». Володя с достоинством поднялся по трапу: он держал наготове свой кольт. Лицо его было угрожающим:
- Документы!
Володя пробежал судовые бумаги и пытливо осмотрел палубу. Он про себя ругнулся: судно было в порядке. Мысль о контрабанде казалась ему нелепой.
- Дважды дурак! - буркнул он себе под нос. И вежливо поклонился капитану.
- Я полагаю, дорогой капитан...
Он остановился и резко повернулся к «Абхазии». Сандро - помощник - крикнул ему снизу:
- Фелюги на горизонте!
Удар кулаком сбил его с ног. Володя ухватился за перила борта и растерянно посмотрел вокруг. Десять винтовок были обращены к «Абхазии». Они вырвались из темноты совершенно неожиданно.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.