«Матери, родные, слышите ли вы меня? Смерть принимаю из рук зверей, сына своего не пощадила, но правды не выдала. Слышите ли вы меня, матери?..»
У какой матери не содрогнется сердце от этих слов отважной советской партизанки Александры Дрейман, которые она произнесла перед своей казнью? Фашисты ударили, казалось, в самое ее сердце: если не скажешь, где находится партизанский отряд, убьем твоего ново рожденного сына. Александра ничего не сказала фашистам – ради будущего, ради счастья людей она пожертвовала жизнью собственного сына и сама умерла в жестоких муках.
«Слышите ли вы меня, матери?..»
Каждый раз, когда я думаю о трагической судьбе этой женщины-матери, мо роз проходит у меня по коже. Каким же нужно обладать величием духа, какую непоколебимую веру нести в своем сердце, чтобы решиться на такой подвиг?! И сегодня, в самом начале 1979 года, который по решению Организации Объединенных Наций провозглашен Международным годом ребенка, я свято верю, что в миллионах сердец матерей хотя бы маленькой каплей бьется кровь известных и безымянных героев, которые отдали жизнь за светлое будущее. А будущее – это всегда дети, и потому Международный год ребенка – это не просто красная календарная дата в истории человечества, это прежде все го призыв ко всем людям нашей плане ты бороться за мир на земле, за свободу, демократию и социальный прогресс, без которых нет не только счастья, но даже нормальных условий для развития ребенка.
История человечества учит нас, что все это не простые призывы, это кровью добытые истины.
Вспомним слова немецкой писательницы Анны Зегерс, которые выгравированы на строгом камне у входа в концлагерь Равенсбрюк, где погибло 92 тысячи женщин и детей из 20 стран:
«Они – наши матери и сестры. Вы не смогли бы сегодня ни учиться, ни свободно играть, а может быть, даже родиться, если бы во времена фа шистского террора эти женщины не защитили своим хрупким, нежным те лом, как стальным щитом, вас и ваше будущее...»
Вы прочитаете эти слова и тогда до конца, до озноба прочувствуете клятву оставшихся в живых узниц Равенсбрюка, произнесенную ими 30 апреля 1945 года на митинге, посвященном освобождению лагеря:
Именем солнца, именем света, именем жизни клянемся! Никогда не забыть черную ночь Равенсбрюка, Детям детей рассказать обо всем. До конца своих дней дружбу крепить, мир и единство. Уничтожить фашизм! В этом девиз и итог борьбы.
Несмотря на многие прогрессивные завоевания и достижения человечества, фашизм на планете еще не уничтожен до конца. Более 30 лет изнемогает под гнетом фашистской диктатуры на род Парагвая. Дети этой страны живут в условиях насилия, немало из них находятся вместе с матерями в тюрьмах и концлагерях. Дети лишены солнца, воз духа. Со стен камер, в которых они «живут», стекает вода. Голодают и умирают от истощения многие дети в фашистской Чили. «Охватывает отчаяние, когда видишь, как твой ребенок умирает от голода, а ты не можешь ему помочь. Только что я похоронила своего мальчика. Ему еще не было и четырех лет...», – рассказала зарубежному журналисту женщина-чилийка, мать пятерых детей. Свирепствует фашизм и в Уругвае. Вот исповедь-отчаяние одного уругвайского ребенка:
«Они пришли, когда было уже темно. На нас посыпались оскорбления и удары, в доме все перевернули. Их было много. Пинками и ударами прикладов отца заставили встать к стене лицом и поднять руки. Поставили к стенке маму и меня. Потом папу накрыли колпаком и увели. Это было много месяцев назад, и мы больше ничего о нем не знаем. А вдруг заберут и маму? Я боюсь... Помогите мне!»
Мы не можем, не имеем права не слышать этого призывного голоса отчаявшегося ребенка. В десятках мест на земле раздаются такие же слабые призывные голоса самых беззащитных существ на планете – детей: «Помогите нам!»
Мы не можем, не имеем права быть спокойными, если в странах Латинской Америки каждые 30 секунд умирает от истощения маленький человечек; если миллионы детей в развивающихся странах, не достигнув и пяти лет, умирают от голода; если жизнь тысяч детей Ливана и палестинских детей угасает в огне и дыме обстрелов израильских агрессо ров.
Мы не можем быть спокойными, если 4 процента рабочей силы в развитых капиталистических странах – это дети в возрасте от 10 до 14 лет.
Мы не можем назвать мир пре красным для детей, которые еще ни разу не сидели за школьной партой, если более чем в 40 странах мира до сих пор нет закона об обязательном образовании, если средства, которые могли бы пойти на строительство школ, больниц, жилья, на нормальное питание детей, идут на гонку вооружений, поглощающих 380 миллиардов долларов в год.
Гонка вооружений приобрела глобальные масштабы. На Хиросиму и Нагасаки были сброшены всего лишь две атомные бомбы, которые унесли сотни тысяч жизней, а оставшиеся в живых до сих пор умирают от воздействия этих взрывов. Вслушаемся в голос Мисао Нагоя, которой было 16 лет, когда атомный взрыв потряс Хиросиму:
«В то утро я находилась возле своего дома, в двух километрах от эпицентра взрыва... В одно мгновение все покрылось красно-желтой пылью. Меня прижала к земле сильная взрывная волна... Сверху лилось что-то густое, черное, похожее на нефть. Ту ночь мы провели в здании школы. На жертвах бомбардировки обгорели волосы, с их тел свисали клочья кожи... Перед рассветом почти все они умерли, в отчаянии моля дать им попить... У меня были ожоги только на лице и на правой ноге...
Мы, жертвы атомного взрыва, еще долго жили в страхе. И этот страх еще больше усилился, когда я вышла замуж и стала матерью. В июле 1965 года у моего четырехлетнего сынишки обнаружили лейкемию, характерные признаки которой были и у жертв атомной бом бардировки. Два с половиной года шла безнадежная борьба с этой страшной болезнью...
Мой ребенок умер 22 февраля 1968 года. Муж пытался утешить меня слова ми: «Не плачь, наш Фумики жил с нами вчера, а сегодня он стал сыном Хиросимы; отныне он будет сыном всего нашего народа...»
Самое проникновенное слово – это свидетельство очевидца. После такого рассказа хочется во весь голос кричать: нет войне! Нет насилию! Нет жестокости и смерти! Нет безумию, от которого умирают дети!
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Василий Соловьев-Седой, лауреат Ленинской премии, Герой Социалистического Труда, народный артист СССР