Дворяшкин, а за ним Кузьмин вышли на улицу. Холодный ветер со свистом набросился на них. Мастер и бригадир пригнулись, медленно шагая через сугробы. За ними шла бригада. Впереди Толя Галочкин, вслед Ваня Левин, Коля Цыкунов, Женя Бабанов и другие ребята. В конторке не осталось никого...
Так работала бригада Кузьмина в морозную зиму. С опережением графика идет она и сейчас вместе с другими бригадами участка мастера Дворяшкина. Монтаж котла близится к концу. Ново - Горьковская теплоэлектроцентраль будет пущена на полную мощность досрочно!
Перечитывая эти записи, мне припоминается ветвистый клен в самом тихом уголке сталиногорского парка. Ровная аллея, петлявшая в глубине кустов, освещалась цепочкой матовых фонарей. Их свет таял в пышной зелени, и потому весь парк казался погрузившимся в полумрак.
Ваня Малахов смотрел на задумчивое лицо Маши и улыбался. Никогда он так не чувствовал красоту вечернего парка, как сегодня. Это оттого, что рядом Маша. Ваня сказал девушке, что хочет дружить с ней: будет помогать во всем, никому в обиду не даст, сделает из нее хорошего каменщика, научит ее так быстро кирпичи класть, что за ней не угонятся даже самые опытные каменщики! Она в ответ только улыбнулась. А что тут смешного? Вроде в восемнадцать лет пора бы и серьезнее стать! Конечно, он старше ее на целых два года, и ему не пристало обижаться на легкомысленный смех. Но объяснить ей все же надо, может, и поймет.
- Разнорабочей на стройке поработала - хватит! Теперь профессии учиться надо. Я школу ФЗО кончил - аттестат имею: каменщик пятого разряда! Могу взять тебя в ученицы, - говорил Ваня Малахов, стараясь придать голосу сухость и строгость.
В ответ Маша снова улыбнулась, подняла на него насмешливые глаза:
- Тебе в армию осенью, как же ты научить - то успеешь?
- При желании успеть можно! - строго ответил Малахов и, чуть помолчав, продолжал: - А знаешь, Маша, здорово будет! Я в армию уйду, а ты меня заменишь, цех искусственной шерсти строить будешь. Отслужу я свой срок, вернусь на комбинат, и узнать тебя невозможно: разоденешься ты во все синтетическое - а капроны, шелка, искусственный каракуль. Ты чего смеешься? Первую партию продукции - тем, кто цех строил. А то как же иначе? Так обязательно будет...
- Ну и выдумщик же ты, Ваня! - громко рассмеялась Маша, а потом неожиданно добавила серьезно: - Буду я каменщиком. Только смотри., учи как следует... Так у каменщика Ивана Малахова появилась старательная ученица. Их успехам, дружбе очень радуется Егор Васильевич Маркин - старый потомственный строитель. Нет, пожалуй, на Сталиногорском химическом комбинате здания, которое было бы построено без его участия. Начинал Егор Васильевич свою трудовую жизнь землекопом. Он закладывал тридцать лет назад первый цех. Сколько лопат земли перекидал здесь Маркин!
- Помню, только вырыли мы фундамент, вызывают меня в комсомольскую ячейку «... Учись, - говорят, - Егор, на каменщика, время пришло стены класть...»
Маркин вздыхает и говорит, что воспоминания о прошлом всякий раз вызывают в нем грусть. Это, наверное, оттого, что никогда не вернется молодость. Кажется, еще совсем недавно Егор бегал на комсомольские собрания, а теперь он уже дедушкой стал. Его дочь Анна - лаборантка центральной заводской лаборатории - родила недавно сына, внук хороший, прямо орел - чуть ли не полпуда весом родился!
Егор Васильевич Маркин работает начальником участка, который ведет кладку цеха искусственной шерсти. Мы шагаем вдоль вытянувшегося здания в строительных лесах.
- Цех будет очень красивым. Не цех, прямо театр, только без колонн! А рабочих в этом цехе будет раз - два - и обчелся: автоматы заменят людей, - рассказывал Маркин.
Поднимаемся по лесам. Стрела восьмитонного башенного крана легко переносит большие контейнеры, наполненные кирпичом и цементным раствором. Мы останавливаемся у рабочего места каменщика Малахова. Иван кладет последнюю секцию каркасной стены. Помогает ему Маша Правдина - смешливая, белокурая, похожая на подростка.
Иван, увлеченный работой, не заметил, как сзади подошел Маркин. Маша собралась было уходить за раствором, но, увидав начальника участка, вернулась.
- Здравствуй, Малахов, - проговорил Маркин.
- Здравствуйте, Егор Васильевич.
- Как идет кладка?
- До обеда шестьсот кирпичей положил. К концу смены еще пятьсот выложу, - ответил Иван.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.