Николай сказал им:
- Это вам первое трудовое испытание. Так, на полную железку, будете работать в лагере.
Наконец все утряслось: едем в Новозолотов-ский совхоз!
... Ровно в восемь утра построились по пятеркам, секретарь вынес знамя районной комсомольской организации, прочел решение бюро райкома комсомола о создании нового спортивно-трудового лагеря «Юный ростсельмашевец». Представил ребятам начальника лагеря - Олега Фесенко, инженера конструкторского бюро завода «Ростсельмаш», мастера спорта. И комиссара - Владимира Шинкова, рабочего с того же завода, тренера по боксу. Каждому из ребят вручил путевку и значок «Ростсельмаша». Командиры пятерок рапортовали секретарю:
- Ехать готовы!
Торжественно, с развернутым знаменем уезжали ребята в свой лагерь.
«Николай, здравствуй!
Прими от комиссара лагеря первый отчет. Добрались мы благополучно. Анархисты в дороге и по прибытии вели себя прилично. В совхозе нас приняли хорошо. Живем в двух больших самодельных палатках. Ребята пока ведут себя безупречно, то есть при нас не курят и не ругаются матом. Ну, а что они делали в первую ночь, знаем только мы с Олегом да сам аллах. Черти из сказок до такого не додумывались: свист, драка, блатные песни, разорванные одеяла и подушки. А мы-то, наивняки, думали, что в день отъезда на торжественной линейке, под райкомовским знаменем они перековались! Думали, что на них подействовала комсомольская символика и атрибутика!
Утром совхоз не прислал за нами машину, чтобы ехать в поле. Для ребят прекрасный предлог, чтоб еще нашкодничать. Но мы решили их стихийную энергию и справедливый гнев выразить интеллигентно, на бумаге. Получился первый номер «Прожектора». Совхозное начальство, видимо, впервые столкнулось с таким проявлением критики. Но понравилось всем: и народу и, главное, самим анархистам. Пацаны вдруг себя зауважали. Мы с Олегом стали с первого же дня приучать ребят к армейскому порядку: подъем, зарядка, купание, линейка, отбой и т. д. И, конечно, соревнование в работе вымпелы победителям, постоянно действующий «прожектор», коллективные обсуждения и т.д. и т. д. Но знал бы ты, с каких дремучих, первобытных форм сознания надо было подниматься некоторым нашим пацанам до этих высот.
Вот четырнадцатилетний Валерий Бурнусов Хронический беглец. Дома почти не живет, регулярно убегает то в Крым, то на Кавказ. Ворует. Врет. В школе появляется редко, в табеле по четырем предметам двойки, оставлен в шестом классе на второй год. А ведь парень очень много читает. У него врожденное чувство юмора, и наша публика боготворит его. Я узнал, что для него главная трагедия жизни - его семья: отец пьет, ругается, избивает домашних И это все на глазах Валерки!... Как здесь к ожесточиться, не очерстветь ребячьей душе?
... Гриша Ергонян - роскошный «материал) для перевоспитания. Он мудрец и лентяй. Любыми путями старается увильнуть от работы. Нашего распорядка не выполняет. Книг не читает. Много курит, ругается. Физзарядку презирает. В соревнованиях участвует с неохотой, без интереса. Знает много уличных песен и ни одной нашей, современной. Есть склонность к воровству, любит лазать по чужим садам и огородам.
Почему-то теперь у нас не принято употреблять слово «хулиган». Принято говорить «трудный ребенок». Иногда мы произносим: он совершил хулиганский поступок - и думаем, что от поступка до характера - целая жизнь. А по-моему, Володя Куклин - настоящий хулиган. Отпетый, завершенный. Он всегда сознательно, умышленно идет на зло, зная, что понесет ответственность. С него, с Куклина, и пошли наши главные события. В лагере он не захотел трудиться - Олег отстранил его от работы. Но Куклин не воспринял это как меру наказания. А когда и в следующий раз не вышел в поле, мы решили прибегнуть к помощи самих ребят. Они его прочистили, он будто бы раскаялся, но на работу опять не явился.
Наверное, я плохой педагог: не умею сдерживать своих чувств. Я вспыльчив, могу накричать и даже стукнуть нахала. Для меня самого наш лагерь - школа воспитания.
Олег - тот интеллигент, тот умеет владеть собой. Он вежливый и спокойный. И это ребят удивляет, подавляет, и они его слушают и уважают больше, чем меня.
Недавно я совершил крупную педагогическую ошибку. В лагере не было провизии, и я послал Куклина за хлебом в совхоз. Он должен, был бы прийти через полчаса. Мы, голодные и усталые, ждали его два часа. Потом он появился, подошел не спеша, ухмыляясь, вытащил две буханки хлеба, пристегнутые ремнем к грязнущим брюкам, и грязнущими руками протянул хлеб. Ребята скрутили его, раздели и бросили в речку: пусть вымоется, нахал!
Результат оказался неожиданный: Володька Куклин, голый, мокрый, униженный, вдруг расплакался. В тот момент я понял, что допустил непоправимый психологический просчет. Как я вдруг забыл, что мальчишки не прощают настоящей обиды! Как я мог забыть, что Володя Куклин, Валерка Бурнусов и такие, как они, пацаны не терпят унижения и что им противопоказаны слезы - и собственные и чужие. В ту минуту Бурнусов со всей страстностью и непримиримостью своего поруганного детства отдал Куклину свои симпатии...
События развивались стремительно. На следующий день из деревни прибежали двое парней:
- Ваши украли гуся!
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.