Зашел я к коменданту, взял наши хлебные карточки. Побежал в библиотеку, поменял книгу и вприпрыжку пустился домой.
Лил дождь. Небо было пасмурным, угрюмым, странно набухшим. Потом грянул гром, сверкнула молния, и пошел весенний ливень. С каждым мигом он становился все сильнее. По улицам со стороны Сололаки текли дождевые реки. Они набирали силу, разливались все шире, несли песок и разный мусор. Перед Колхозной площадью эти дождевые реки сливались вместе, текли к Мухранскому мосту и, оставив на асфальте огромные лужи, стекали, наконец, в Куру.
– Облава! – кричала выбежавшая с базара женщина в черной одежде. Она перекидывала с плеча на плечо корзину, топала прямо по лужам и таращила безумные глаза. Искала кого-то.
Так бывало часто: в местах скопления народа – на базаре, в кинотеатрах, на вокзале, иногда даже в банях – патрули закрывали двери. С оружием наготове перекрывали все лазейки и тщательно, от корочки до корочки, проверяли документы...
Когда я вернулся домой, бабушка Магдана спала. Отвернувшись к стене и положив обе руки под голову, она мирно сопела.
Я скинул мокрую одежду, вытянулся на тахте, взбил подушку, утеплился и раскрыл вновь принесенную книгу.
Дождь стих, и теперь поднялся ветер. Он будто взбесился. Долго бесновался порывами, а затем задул нескончаемым, душераздирающим, наводящим тоску воем.
– Ты уже вернулся? – Я зачитался, и поэтому неожиданным прозвучал хриплый голос бабушки, которая приподняла голову на своей постели.
– О-о-о! Доброе утро, Магдана Георгиевна! Что желаете на завтрак?
Она с укором посмотрела на меня. Покачала головой и назидательно проговорила:
– Знаешь, что я тебе скажу?
– Знаю.
– Что ты знаешь?
Я на секунду задумался:
– А то самое!..
– Что?
– То, что я не должен задираться, должен взяться за ум. Должен слушаться старших, уважать стариков.
– А еще что?
– Вежливым, воспитанным быть должен. Честь должен беречь смолоду. Никогда не утрачивать человечности...
– Сынок, – кашлянув, начала бабушка более мягким голосом, – слышишь?
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
«Увлеченность движет миром», – считает молодой рабочий Сергей Дюжев