Биолог и гидролог, почетный член Географического общества СССР, несравненный знаток Севера, она занята работой ученого и краеведа, общественника и лектора, писателя.
После окончания Мариинской гимназии в Архангельске, основанной, кстати, ее прадедом, а затем Бестужевских курсов в Петербурге Гемп вернулась в родной Архангельск. Первым местом работы стал институт народного образования, где Ксении Петровне предложили читать лекции по дарвинизму. Многие годы она возглавляла Архангельскую водорослевую лабораторию. На пенсию ушла, не доработав нескольких месяцев до 80 лет.
Все Поморье, край, где, как говорят поморы, «на девятый день на десяту версту придешь», выходила вдоль и поперек эта женщина. Говорить с Ксенией Петровной для меня одновременно и удовольствие и труд – так обширны ее знания. Перед собой вижу то ученого-биолога, то географа и историка, то этнографа и фольклориста. А то помолчит Ксения Петровна минутку и начнет вдруг читать любимого Пушкина:
Не дай мне бог сойти с ума.
Нет, лучше посох и сума...
Гляжу, слушаю и диву даюсь: какая нестареющая память, какой ясный ум, сколько энергии в этой седовласой маленькой женщине!.. А Ксения Петровна, словно не замечая моего удивления, сражает воспоминанием, как в возрасте семидесяти трех лет на испытании первого на Белом море батискафа она опустилась в нем на глубину 56 метров. Белое море К. П. Темп «читает, как книгу». Ей известны все его ветра и подветрия, отмели и «кошки». Но самая большая любовь Ксении Петровны – поморы, люди Беломорья.
– Это народ особый, – говорит она. – Издревле на заболоченных берегах Студеного моря селились люди непокорные, уходившие от крепостной зависимости, рекрутчины, насильственного онемечивания. На протяжении многих веков их жизнь была постоянной борьбой с суровой природой, с морем, где романтики куда меньше, чем тяжелого труда и опасностей...
Много лет по крупицам собирала Ксения Петровна «поморские разговоры» и написала книгу. «Сказ о Беломорье» называется. «Две ночи не спал, читал Вашу рукопись, – писал ей позднее Федор Александрович Абрамов, – как удивительно молодо, свежо написано...» Академик Дмитрий Сергеевич Лихачев, «с большим наслаждением и пользой для себя» прочитавший рукопись, назвал книгу «явлением незаурядным». В ней создана «грандиозная картина поморской и крестьянской культуры Русского Севера», – писал он.
На столе у Ксении Петровны готовая к отправке в Москву статья «Слово об Архангельске» для альманаха «Памятники Отечества», постоянным автором которого она является. Статья – подарок городу на 400-летие.
В огромном архиве Гемп хранятся бесценные фотографические свидетельства старого Архангельска. Более тысячи снимков.
– Я не вечна, – говорит Ксения Петровна, – и единственное мое желание, чтобы все, что я имею, чем дорожу в этой жизни, попало в добрые, заботливые руки,..
Хочется верить, что так и будет. Низкий поклон вам, Ксения Петровна, за все, что вы сделали для Архангельска, для Севера, для людей...
Архангельск и лес. Эти два понятия давно уже неразделимы. В разные страны мира уходят лучшая в мире беломорская доска и ценный продукт деревообработки – целлюлоза. Ежегодно в общесоюзный баланс Архангельская область дает четверть всей целлюлозы и бумаги для глубокой печати, одну пятую общесоюзного производства картона.
В Архангельске «на лес» работают около двадцати предприятий, флот, научно-исследовательские институты, другие учреждения. Кадры для лесной индустрии готовит известный в стране Архангельский лесотехнический институт.
Потребность в древесине растет. Но... «лес рубят – щепки летят». В результате ежегодного «переруба» северного леса, когда его вырубается больше, чем восстанавливается, хвойные запасы могут истощиться, по подсчетам ученых, за 60 – 70 лет! Ученые предупреждают: форсировать рубку северного леса неразумно. Призывают к рациональному использованию дарованного нам богатства. Недопустимо, чтобы миллионы кубометров сучьев сжигались или втаптывались в трелевочные волока. Недопустимы потери при сплаве. Недопустимо многое, что создает напряженный, как говорят специалисты, «лесосырьевой баланс», или попросту все, что угрожает жизни леса... Впрочем, я, кажется, отклонилась от основной темы? Но что делать, если мысль о судьбе леса не дает покоя, когда я хожу по цехам гигантского Соломбальского лесопильно-деревообрабатывающего комбината?
Без «лесной индустрии» трудно представить сегодняшний Архангельск. Но еще труднее представить его без моря. Моря, которое вдохнуло в него жизнь.
Часто бывая в этом городе, я не раз ловила себя на мысли, что по своему облику и характеру он производит впечатление приморского: громады океанских кораблей у причалов и на рейде; иностранная речь на улицах; воздух, словно напоенный солеными запахами моря.
Архангельский морской порт. Ему, как и городу, скоро 400 лет. Сотни океанских и речных кораблей размещаются возле его самых длинных в Европе причалов. Чтобы добраться до самого отдаленного, погрузочно-разгрузочного района Бакарица, только на автобусе – около часа.
Комсомольский секретарь района Алена Шестак, энергичная, боевая, с веселыми серыми глазами русоволосая девушка, снабжает меня защитной каской и ведет по территории гудящего, скрежещущего, рычащего порта. Туда, где возвышаются над причалами океанские гиганты. Их ждет «голубая линия» – так архангельские мореходы окрестили открытую ими линию в Арктику и районы Крайнего Севера. На бортах теплоходов читаю: «Руза», «Капитан Бочек»... И вдруг «Петр Стрелков» – легендарное имя организатора восстания и массового побега заключенных из мудьюгского лагеря смерти, ожившее в названии лесовоза. Не в силах отказаться от соблазна побывать на судне, невольно огорчаю Алену, горящую желанием показать порт и «своих ребят» из комсомольско-молодежных бригад. «Грузам Арктики и Крайнего Севера – комсомольскую заботу» – под этим лозунгом трудится вся молодежь Бакарицы. Шестак не нахвалится работой своих комсомольско-молодежных коллективов. С удовольствием Алена сообщает, что в соревновании с мурманчанами архангельские портовики постоянно выходят победителями. В словах секретаря столько гордости за «свой порт», «своих ребят», «свой район», что невольно ощущаешь ее причастность ко всему, о чем она так горячо и убежденно говорит. И вместе с ней начинаешь верить в то, что нигде нет таких дружных и трудолюбивых парней, как здесь, в порту.
На борту «Петра Стрелкова» нас с Аленой встретил шутливый окрик вахтенного помощника, внимательно наблюдавшего, как мы поднимаемся по трапу:
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.