– Приятное с полезным, – сказал он, уходя, – я посижу дома, а через три дня появлюсь и послушаю, как вы будете упрашивать меня выйти на работу.
Однако через три дня в поликлинике могли бы отметить новую травму Скериса, только зафиксировал бы ее уже невропатолог. «Эта принцесса» работала быстрее Скериса и гораздо лучше. Кроме того, производственный участок сам превратился, по его мнению, в какую-то поликлинику. Это Надя Якимова наконец-таки достучалась до начальства. Там раскошелились. И все рабочие надели белые халаты, что совсем не вязалось, в представлении Скериса, с видом настоящего слесаря.
Но все же самым роковым и решающим для него фактором явилась копилка. Она висела на участке на самом видном месте, и каждый, кто для солидности произносил вслух рабочее – в больших кавычках – словечко, должен был немедленно опустить в нее гривенник.
– Я на одну только эту вашу церковную кружку работать не намерен, – заявил он и подал на расчет.
Удерживать Скериса не стали.
А дело после его ухода никак не остановилось. Напротив, пошло живей. Все сложнейшие сборочные операции, которые прежде считались монополией «старичков», еще успешнее стали производить молодые – Неёля Янушене, Регина Уждалите, Дана Андрушкевич, Ионас Бакулас, Альфреда Любенец...
Свою сменную долю в тысячу деталей Бируте Мугините прокручивает скорее всех. Потом идет на помощь к другим, поскольку всецело поддерживает заводской почин работать без отстающих. А чтобы принести в этом деле еще больше пользы, свою отвертку, которой винт корректора закручивали «сто лет», она заменила коловоротом. И легче и гораздо, быстрей.
– Похоже, с детства у тебя к этому талант, Бируте?
– Никогда раньше не верила, что девушка может быть настоящим шалькальвис. Или – как это лучше сказать? – стать слесарем, – говорила Бируте.
По этой причине она и не пошла сразу после школы на завод, а приткнулась работать в ясли.
– ...Только скоро вижу, нет, не умею я тут ничего делать. Совсем было отчаялась, но, к счастью, встретились хорошие люди с завода. Привели на участок, приставили к делу.
Как объяснял Толя Дудников, в бригаде слабого подсаживали к сильному той стороной, в которую он валился. А если совсем уж был слаб человек, то его брали в клещи, поддерживали с двух сторон. К Бируте же подошли технически. То есть поняли, что она может работать только хорошо, и доверили ей самую тонкую операцию: ничего, дескать, если сначала у тебя не пойдет, у других вот и совсем не выходит. Поверившая в себя Бируте Мугините вслед за первой операцией быстро освоила и еще семнадцать. И с тех пор крутит, крутит и крутит – все, что надо для плана. Тысячи деталей проходят через ее руки и складываются в сложные узлы. Узел к узлу. И все, как один, принимаются ОТК с первого предъявления.
– Видел я, Бируте, как-то раз выступление по телевидению одного десятиклассника, выбирающего профессию. Так вот он, посетив примерно такой завод, как ваш, ужасался после: «Там идут детали, детали, детали... Детали всю жизнь. Нет, это не работа!»
Бируте смотрит на меня внимательно, потом говорит:
– Наверное, он просто не понял, что эти «детали, детали» не есть вся работа, а есть только детали работы.
– А в чем же тогда, по-твоему, вся работа?
– Я этого до конца не знаю, – говорит Бируте. – Я думаю, для меня она в Тане, в бригаде, в том, что я приношу здесь пользу всем.
В ее словах проглядывала устоявшаяся нравственная зрелость. И еще завидная способность этой молодой работницы по тому же высокому классу точности, по какому она собирала свои детали, сопрягать реальность мира и законы его бытия с жизнью человеческой. Такие люди нужны производству. Они его опора, потому что понимают свое значение и крепко держатся за свое право на ответственность.
Я подумал, что именно про таких, как Бируте, говорил, выступая перед харьковскими тракторостроителями, Генеральный секретарь ЦК КПСС товарищ Л. И. Брежнев:
«Каждый сознательный рабочий, который не только хорошо работает сам, но и заботится об общем успехе своей бригады, цеха или предприятия, который смело вскрывает замеченные им недостатки и вносит предложения по их исправлению, – такой рабочий может с полным правом сказать о себе, что он делом участвует в управлении своим предприятием».
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Василий Шукшин