— Они пропускают, — пояснил спокойно. — Ты все-таки не торопись...
Виктор прошел под тент, лег...
Зрители повскакали с мест и начали истошно орать: с большим отрывом от остальных американец финишировал на «пятерке». Его кинулись поздравлять, фотографировать, потом подхватили на руки и унесли. Трибуны понемногу угомонились.
Мотыль встал и чуть-чуть попрыгал на месте. Потом быстро прошел к старту. Он не стал отворачиваться, а сразу уверенно побежал к планке и опять оказался выше на те же семь сантиметров.
Стиг Петерсон прошел к судейскому столику и, показывая рукой на Мотыля, начал что-то доказывать. Двое арбитров направились к Виктору. Приблизившись, они вежливо улыбнулись и что-то сказали по-английски. Тренер подошел тоже, перевел:
— Они просят показать старую шиповку... Швед заявил протест. Он говорит, что ты поменял ее специально, у тебя там вкладыш...
Виктор изумленно покачал головой, молча снял шиповку, отдал ее судьям.
Шиповку ощупали, измерили толщину подошвы: все в порядке — 12 положенных миллиметров.
— О'кей, — произнес главный судья и передал шиповку Виктору.
Стиг Петерсон пошел готовиться к прыжку.
Ник Джемс вновь сделал какую-то отметку у судейского столика.
Швед настороженно проследил за ним, оглянулся на Мотыля и пошел туда тоже.
«...2,14... ВИКТОР МОТЫЛЬ... ПЕРВАЯ ПОПЫТКА...» — в третий раз исправилось табло.
Стадион забурлил, заворочался — публика, видимо, обсуждала поведение соперников. Шведские зрители бурно зааплодировали своему Стигу за смелость...
Мотыль подошел к тренеру, произнес обеспокоенно:
— Они хотят, чтобы я устал... Пропустить тоже?
— Если ты сейчас прыгнешь, швед сломается, — сказал тренер.
Когда Виктор в третий раз без перерыва пошел к началу разбега, трибуны хлопками одобрили его терпение.
— Нет, нет, — опять гадко улыбнулся швед.
Мотыль, и не взглянув на него, встал на прежнее место. Потом автоматически повторил весь разбег и, уже гораздо тяжелее, вновь преодолел планку.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.