При переезде через горные речушки он по-печорински поддерживал ее за талию. На привале доктор черпал воду складным стаканчиком из бешеного потока, карабкался вверх по круче и с ироническим поклоном подносил девушке стаканчик, говоря:
— Прошу осушить кубок.
* * *
На пятый день пути остановились в высокогорном кишлаке, последнем перед подъемом в мертвую, безлюдную область ледников. По плоской долине сверху шел ледяной ветер. Здесь под защитой скал ютились последние стойкие кусты арчи.
Вечером Ким привел в лагерь черного парнишку-таджика. Он был тощ и курчав. Грязный ватник был подпоясан веревкой на голом теле. Парень попросил работу. По диким глазам чувствовалось, что он не просит есть только из-за гордости. Ему дали котелок каши. Пока он ел, присев на землю и поставив котелок на лодыжки согнутых калачиком ног, Валерий Петрович внимательно рассматривал его. От смущения мальчишка совсем согнулся. На его шее фасолинами выступили позвонки. Доктор отошел и сказал ребятам:
— Знаете, он похож на шерпа.
— После восхождения на Джомолунгму, — добавил Ким.
Парень выскоблил котелок и, возвращая его, приложил правую руку к сердцу, сказал смиренно:
— Рахмат.
— Этот малый — находка для меня! — заявил доктор и быстро осмотрел мальчишку, оттянул ему нижние веки.
Тот благодарно улыбался; вероятно, он считал, что его осматривают, чтобы взять на работу.
— Слушайте, это же находка! — воскликнул доктор. — Житель гор, абориген! Привычен к высоте, здоров... Значит, показания его организма будут нормальным фоном для сравнений. Андрей Егорыч, прошу вас взять его!
Паренек с «нормальным фоном» всем понравился. Его взяли, и Ким сказал таджику:
— Ты обогатишь науку, малый, цени!
Тот кивнул с готовностью. Его звали Тамиром, но с легкой руки доктора его прозвали «Шерпом». Он три дня не ночевал дома, прятался в горах. Его родитель пообещал отцу некоей молодой вдовы, что Тамир женится на ней. Совсем мальчишка, Тамир не думал жениться, может быть, он вообще ни о чем не думал: больше всего любил лежать лицом к небу, распевая длиннейшие песни. Когда ему объяснили, что тридцать человек собираются взойти на самую высокую гору, он вдруг завыл — серьезно, молитвенно, прикрыв фиолетовые глаза.
— Записывайте фольклор, док, — сказал Ким Валерию Петровичу.
— О чем ты пел? — спросил доктор Тамира.
Тамир открыл глаза.
— Я просил хорошей погоды.
— У кого же ты ее просил?
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.