— Как живете-то? — спрашиваю я деловито. — Я на три дня, мама. Как живете?
— Живы, здоровы... Садись... садись... Теперь у нас Аленушка живет...
— Это что за Аленушка?
— Племянница твоя, чай, ты дядя! — смеется мама и манит меня пальцем. — Пойдем, посмотришь на нее.
Мама ведет меня во вторую комнату, за перегородку.
Здесь темно, и я едва различаю светлый затылок и загорелую руку на одеяле. Но кто-то здесь есть еще: из утла доносится тяжелое дыхание.
— А там дедушка спит, — поясняет мама.
— Какой дедушка?
— Да твой дедушка, из Красного Кута, — смеется она. — Он старенький стал, ходит мало, все стихи пишет.
Мы выходим в столовую, и мама здесь говорит громче:
— Такой поэт, беда. Пишет и пишет. Бабушка умерла, он и приехал. Что ж одному-то жить? А я блины поставила: чуяло мое сердце, приедет кто-то! — Она быстро убирает волосы, и ставит чай, и говорит, говорит:
— Ты что ж, на три дня? У нас теперь газ... Такое удобство, сказка — ни дыма, ни посуду чистить.
Она торжественно показывает новую газовую плиту. И вдруг горестно всплескивает руками:
— Мне сегодня в Покровск на похороны ехать.
— А кто умер?
— Тетя Соня! — Мама садится на табуретку и всхлипывает. — Все звала, ждала меня, когда я к ней приеду, а я так и не собралась.
Я вспоминаю тетю Соню, одинокую, большую, веселую повариху, старую деву. Она всегда привозила нам чернослив и все красила свои седые волосы: «Глядишь, какого старика еще зачарую».
Мы пьем чай, и мама рассказывает шепотом:
— Аленушка большая уже, и кукол своих купает и танцует. На улицу рвется — не удержишь. Я попросила Степана Михайловича калитку сделать потуже. Шалит часто. А наказать жалко. Ведь без матери растет... Все спрашивает: где мама, скоро мама приедет?
Мама замолкает и подавленно смотрит в одну точку.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.