Огромный разбросанный район. Маленький домик в центре Крутинки, куда сбегаются дороги и телефонные провода... А сходятся ли здесь мысли и мечты двух тысяч ребят и девчат с комсомольскими значками?..
Поздним вечером в небольшой комнате Крутинского райкома комсомола наконец становится тихо. Только что ушел второй секретарь Анатолий Кузнецов. Он заводит сейчас под окнами тяжелый мотоцикл, колеса которого знают каждую выбоину всех дальних и ближних дорог. А мы с Тоней Скосырской ведем разговор о разнообразных райкомовских делах.
– Понимаете, – говорит девушка, – бывает иногда так, что нужно отодвинуть все это (она кивнула на бумаги, лежащие на столе), забыть о текучке и посмотреть, не сбиваешься ли с курса...
Почему такие мысли? Да был у меня тут как-то разговор с одним парнем из Красного Яра. Хороший парень, Иван Чистяков, дояр. Посоветовала я ему вступить в комсомол. А он мне в ответ: «За предложение – спасибо, а вступать погожу. Разницы я покуда не вижу – что комсомолец, а что нет. Работать – все работаем, а заседать – мало интересу, лучше книжку дома почитаю...» Вот я и думаю: не упускаем ли мы главное, если кто-то – пусть даже один человек – не видит разницы...
А с утра опять многолюдно и шумно в Крутинском райкоме комсомола Омской области. Сюда заходят по делам, посоветоваться или просто так, «на огонек». Разговоры, рассказы, споры...
– Резервы, повышение производительности труда... Да какие у нас резервы?!. – Молодой парнишка, с виду недавний школьник, досадливо махнул рукой, отошел к окну. – На заводе – другое дело: что-то усовершенствовал, что-то приспособил... А взять хотя бы птицеферму. Приспособления к несушке не сделаешь.
– Ты в этом уверен? Что ж, давай возьмем птицеферму... Какую? Пусть для начала оглухинскую... Поедем и посмотрим, можно ли там что-нибудь приспособить или нельзя... Договорились?.. – Анатолий Кузнецов опустил ладонь на стол, как бы ставя точку.
Через несколько дней группа ребят и девушек пришла на птичник оглухинской птицефермы.
– Встречай гостей, хозяйка! – крикнула Саша Груздева, член комитета комсомольской организации совхоза.
А спустя немного времени, держа в руке яйцо, найденное в кустарнике, Вениамин Худорожков задумчиво сказал:
– Н-да, приспосабливать тут вроде нечего, а вот... Девчата! Пошарьте-ка кругом! Несушки-то у вас, кажется, не очень дисциплинированные.
По 113 яиц ежедневно давала ферма. А к вечеру того дня в сводке появилась цифра «180». Птичницы озадаченно покачивали головами.
На следующий день ребята снова принялись за дело. Далеко от фермы, в кустарнике, мелькали их согнутые спины. К вечеру в сводке стояла цифра «280»!
– Откуда столько? – с радостным удивлением поинтересовались из дирекции совхоза. – Какие вы резервы там нашли?
– Очень простые, – ответила Люба Гутрова и засмеялась. – Искать нужно получше, вот и все приспособление...
Так оказались резервы и на птицеферме.
Вскоре на очередном заседании бюро райкома был объявлен поход против бесхозяйственности на всех фермах района. «Комсомольский прожектор» объявил ей беспощадную войну!..
Не было трибуны, президиума и протоколов этого собрания. Присев на коляску райкомовского мотоцикла, Тоня Скосырская сказала обступившим ее ребятам – механизаторам Кировского совхоза:
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Рассказ
Поговорим о «культуризме»
Рассказ