Высокий, стройный человек с черными вьющимися волосами и открытым, приветливым лицом медленно идет по Еревану. Он может так без устали бродить по улицам ставшего ему родным города, любоваться тенистыми аллеями скверов и садов, наслаждаться прохладой фонтанов и неповторимой красотой цветников. А к вечеру он поднимается мимо хранилища древних рукописей Матенадарана на гору, с которой открывается прекрасный вид на Ереван. В лучах заходящего солнца город кажется особенно красивым. Вдали тает в дымке снежная шапка Арарата, и можно долго смотреть и смотреть, пока солнце совсем не исчезнет за горами и не вспыхнут ночные огни. Бродить по улицам у Гамлета Вартапетяна вошло в привычку еще с того времени, когда он мальчишкой бегал в коммунальную школу маленького французского городка Буа-Коломба. В этот городок занесла судьба семью Вартапетян после того, как напуганные террором дашнаков, не разобравшись в сложных, противоречивых событиях, происходивших в Армении после гражданской войны, родители Гамлета эмигрировали во Францию. Тогда мальчику не было еще и трех лет. Но и здесь на их долю выпало немало разочарований. Родители Гамлета, учителя по профессии, никак не могли найти работу: во Франции преподавать в школе могут только французы. Для того, чтобы хоть как-то жить и дать сыну образование, мать Гамлета с утра до вечера не разгибала спины над швейной машиной, а отец стал столяром. Часто после занятий в школе Гамлет оставался один. Французские мальчишки не принимали его в свои шумные игры: ведь он был сыном армянина-эмигранта. И он бродил по узким серым улочкам чужого города. Домой он возвращался поздно, когда в центре городка уже зажигались уличные фонари и вспыхивали яркие огни реклам. И позднее, учась в парижском колледже Шапталь, Гамлет не изменяет своей давней привычке. Как и прежде, когда ему бывало трудно или просто хотелось остаться один на один со своими мыслями, он бродил по улицам и бульварам Парижа, по набережной Сены. Есть улицы в Париже, навсегда ставшие для него дорогими и близкими. На одних вместе со своими товарищами он расклеивал во время фашистской оккупации листовки, другие прятали его от гитлеровских ищеек. Вся семья Вартапетян принимала участие в одной из групп движения Сопротивления, которую возглавлял их соотечественник коммунист Мисак Манушян. Они изготовляли документы для подпольщиков, печатали листовки, прятали оружие. На их квартире часто происходили собрания. Мисак погиб. Его имя с благодарностью вспоминают вместе с тысячами французов многие советские люди, которым он помог бежать из фашистского плена. Одна из парижских улиц, на которой в 1944 году шел последний бой на баррикадах с отступавшими гитлеровцами, теперь носит имя Манушяна. Часто, стоя на набережной Сены, Гамлет думал о набережных Москвы-реки, о своей Родине, казавшейся далекой прекрасной звездой. Там коммунисты созидали новую жизнь, их делами восхищался весь мир. Что же это за люди - коммунисты? Самые хорошие, самые честные люди, с которыми приходилось встречаться за свою жизнь Гамлету Вартапетяну, всегда были коммунисты. Поль Ланжевен, директор Высшей школы физики и химии, в которой Гамлет учился; Мисак Манушян, отдавший жизнь в борьбе с фашизмом; профессор Фредерик Жолио-Кюри, у которого он работал; советские солдаты, освободившие Европу от фашистского ига... Все, чему они учили, о чем мечтали, за что боролись, было близко и понятно ему. Коммунисты несут людям мир и счастье. И, поняв это, Гамлет занял свое место в их рядах: в 1948 году он вступил в Коммунистическую партию Франции. А в 1957 году в жизни Гамлета произошли два знаменательных события. Он защитил докторскую диссертацию по физике. Завершилась большая научная работа по ядерной спектроскопии, над которой он трудился на протяжении ряда лет под руководством профессора Жолио-Кюри. В том же году Главный комитет армянской молодежи направил его своим делегатом в Москву на Всемирный фестиваль молодежи. Он без устали бродил по улицам и набережным Москвы и, пожалуй, впервые делал это не один: у него теперь было много друзей. Впервые в жизни он ощутил, что такое Родина, понял, что не может жить без нее. Возвратившись в Париж, он не перестает думать о Москве, о людях, с которыми подружился, о родной Армении. Мысль о возвращении на Родину неотступно следует за ним по улицам Парижа, по набережным Сены. Дождливым сентябрьским вечером он зашел в кабинет Жолио-Кюри.
- Месье, - обратился он к своему учителю, - я собираюсь покинуть вас. Я решил вернуться на Родину, в Советский Союз. Профессор встал, медленно прошелся по кабинету.
- Ну, что ж, Гамлет, я тоже люблю свою родину, и мне понятны ваши чувства. Если бы я не был французом, я бы тоже уехал в Советский Союз. В мае 1958 года осуществилась давнишняя мечта Гамлета: вместе со своей семьей он вернулся на Родину.... И вот теперь, когда он смотрит на родной город, ему с трудом верится, что было время, когда прекрасные звезды Родины были такими далекими. Гордостью наполняется его сердце при мысли о том, что он гражданин великой страны, где мечты его учителей Поля Ланжевена и Фредерика Жолио-Кюри, его друзей - французских коммунистов - претворяются в жизнь, что он тоже участвует в строительстве коммунизма.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.