Мы вчерашние десятиклассники, перешагнувшие порог проходной завода. Многим из нас едва исполнилось семнадцать. Высоко над головой стальные фермы перехватывают бирюзовый клок неба. Там, на страшной высоте, работают люди, сверкают вспышки электросварки. А рядом, словно надрываясь, грохочет бульдозер. Тянутся к небу стены будущего завода синтетического каучука... Такой мы и представляли стройку. Такой и в то же время почему-то не такой. Все это казалось слишком грандиозным, а все пережитое и передуманное до этого дня - мелким и незаметным.

- Ну, а теперь, парни, будем учиться жить, - сказал мастер. И он роздал нам инструмент. «Строим большой каучук», - писали мы в письмах товарищам - бывшим одноклассникам. Я помню, как начинали грубеть наши руки и голоса, как бригада наших ростовских ребят и девчат, которых возглавил Витя Безъязычный, стала лучшей в управлении, а потом в тресте. И вот прошло два года. Если спросят нас, чему мы научились за эти два года, - ответим: мы научились любить то, что нам дорого, и ненавидеть то, что мешает жить, без громких фраз говорить о высоких чувствах, о мечтах, о коммунизме. Мы научились класть кирпич, бетонировать, долбить скованную сибирским морозом землю, разрушать старое - липкую паутину прошлого, мешающую идти вперед, и научились строить новое - новый мир чувств, который мерили на коммунистическое завтра. Мы научились работать и жить. Скоро страна получит красноярский каучук. А мы будем строить другие цехи, другие заводы... Мы будем строить коммунизм.

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.