Живое наследие

И Кобзев, В Толстой| опубликовано в номере №682, октябрь 1955
  • В закладки
  • Вставить в блог

К 100-летию со дня рождения И. В. Мичурина

Вырываясь из-за стены густых деревьев, осенний ветерок обдает нас свежим медовым ароматом зрелых яблок.

Хотя в этом необычайном саду собраны в один букет и пахучая русская черемуха и почитаемая на родине «священной» за свой острый аромат японская айва, хотя здесь цветут и флоксы, и гортензии, и розы, и еще множество других пышных и душистых растений, однако над всем царствует особый, знакомый с детства залах яблок.

Осеннюю тишину сада то и дело нарушает резкий шум прорывающихся сквозь листву и тяжело падающих на землю плодов. Девушки в белоснежных платках проносят мимо плетеные корзины, до краев наполненные янтарно - желтыми, бледно - зелеными и ярко - алыми плодами.

Сидящая на лавочке у входа в беседку восьмидесятилетняя женщина с орденом на синем платье - дочь великого ученого и его помощница, Мария Ивановна Мичурина, - рассказывает нам:

- Когда отец еще только начинал свою работу, он часто говорил: «Плохо, что у нас, в средней полосе России, мало яблочных сортов, все только антоновка, анис да боровинка». А теперь сколько всего, посчитайте - ка!

Действительно, трудно перечислить различные яблоневые деревья и все другие чудеса ботаники, собранные в этом сказочном, известном всему миру питомнике на окраине города Мичуринска.

Сгибаются под тяжестью непосильной ноши ветви мичуринской «антоновки шестисотграммовой», раскидистого «пепин - шафрана», красавицы «бельфлер - китайки». Рядом виднеются тяжелые гроздья черной, сладкой рябины, вьется по шпалерам дальневосточная лиана - актинидия - с нежными, богатыми витамином ягодами; зреет на солнце зимнестойкий мичуринский виноград. А по соседству, несмотря на осеннее время, рдеют на ветвях обильные яркие снизки замечательной вишни «плодородная».

А вот неприметный, низкорослый кустик с мелкими ягодами. Это лимонник. Его называют «аккумулятором бодрости». Каждая ягодка этого прижившегося у нас дальневосточного гостя способна прибавить бодрости, влить новые силы в кровь утомленного человека.

На земле разноцветными грудами лежат опавшие плоды: желтые груши, темно - лиловые сливы, абрикосы, яблоки... На песчаных дорожках золотыми колечками сверкают блики с трудом пробивающегося сквозь листву солнца...

А Мария Ивановна рассказывает нам о своей молодости, о нелегкой жизни Ивана Владимировича Мичурина, об одиночестве и непонимании, которые сопутствовали ему до Октябрьской революции. Мария Ивановна говорит - и перед глазами встает сухощавая фигура хмурого старика, молчаливо бредущего по пыльным улицам уездного города Козлова. Он проходит по улицам с тоненькими саженцами в руках, направляясь к себе в Донскую слободу, на самую окраину города. Козловские лабазники насмешливо смотрят ему вслед, подшучивают над ним, как над чудаком, который посмел, «не спросясь у бога», переделывать природу.

А у Мичурина уже не хватает средств на дальнейшие опыты. Взлелеянный по деревцу, созданный его руками сад постепенно приходит s запустение, зарастает сорняками. Попытки Ивана Владимировича выхлопотать пособие в департаменте земледелия, его предложение открыть школу садоводов - все это наталкивается на холодную стену равнодушия, на непроходимую тупость царских чиновников. В годы первой империалистической войны еще одна, новая угроза нависает над мичуринским питомником: городская управа решает отобрать у строптивого старика землю и занять ее под огороды...

Каким - то мрачным, тяжелым сном кажется все это теперь!

На улицах города, носящего имя своего великого гражданина, весело шумят листвой фруктовые деревья. По тротуарам торопливо шагают студенты Мичуринского плодоовощного института. Юннаты - мичуринцы, участники Всесоюзной сельскохозяйственной выставки, разбивают возле здания школы новый молодой сад. А вот и сам Иван Владимирович, отлитый в бронзе, стоит на высоком гранитном пьедестале в самом центре города, высоко подняв в руке бронзовое, светящееся на солнце яблоко...

Революция принесла Мичурину много радостей.

Еще на улицах Козлова гремели выстрелы, а новая власть уже приняла на себя заботу о великом труженике науки. Красные партизаны с винтовками в руках день и ночь охраняли мичуринский питомник от набегов кулацких банд. В трудные военные годы семья ученого была обеспечена и топливом и продовольствием.

Волнующая телеграмма поступила в 1922 году в Тамбовский губисполком из Москвы, от Совета Народных Комиссаров: «Опыты по получению новых культурных растений имеют громадное государственное значение. Срочно пришлите доклад об опытах и работах Мичурина Козловского уезда для доклада председателю Совнаркома тов. Ленину».

Мария Ивановна рассказывает нам о том, как счастлив был Иван Владимирович, почувствовав себя окруженным вниманием и любовью, нужным для народа человеком. Теперь он уже не был одинок. Его безлюдный дом на окраине наполнился вдруг звонкими голосами молодежи. Пионеры и школьники стали постоянными гостями в мичуринском саду. Студенты вузов приезжали к нему на практику. Старики - садоводы из самых отдаленных концов страны писали ему письма, обращались за советом и помощью, называли своим учителем... Дважды (при воспоминании об этом лицо Марии Ивановны светлеет, становится особенно ласковым) посетил ученого заботливый всесоюзный староста - Михаил Иванович Калинин. Подарок Калинина - резной шкафчик для семян - и сейчас украшает кабинет дома - музея, где жил и работал И. В. Мичурин.

С интересом осматриваем мы этот невысокий, затерявшийся в толпе многолетних деревьев домик ученого. Обстановка его говорит о скромности, о трудолюбии, о необычайной разносторонности и широте интересов И. В. Мичурина.

Все здесь осталось нетронутым с того дня, когда впервые за свою долгую жизнь Мичурин оторвался от любимого дела, когда не смог он уже удержать в руке ни пера, ни садового кривого ножа. На его рабочем столе все так же в образцовом порядке разложены инструменты, привинчены небольшие тисочки, наковальня. Мичурин утверждал (и учил этому молодежь): любой ученый, какой бы он ни был эрудит и теоретик, должен уметь все делать своими руками. И сам он действительно очень многое умел. В кабинете на стене висит барометр, стоят под стеклянным колпаком часы, заводящиеся один раз в год, - и это тоже создано его руками. Не только приборы, аппараты, часы, но даже и простая линейка вырезана им самим.

На полках множество книг и журналов на русском, французском, английском, немецком языках. В основном это научная литература по вопросам химии, физики, философии, медицины. Оказывается (об этом рассказала нам Мария Ивановна), Иван Владимирович очень интересовался медициной и, хорошо зная целебные свойства растений, многим подсказал путь к выздоровлению и вылечился сам от туберкулеза легких.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере читайте об удивительном человеке, писателе ученом, враче, авторе великолепной хроники «Пушкин в жизни» Викентии Вересаеве, о невероятном русском художнике из далекой глубинки Григории Николаевиче Журавлеве, об основоположнице теории русского классического балета Агриппине  Вагановой, о «крае  летающих собак» - архипелаге Едей-Я, о крупнейшей в Европе Полотняно-Заводской бумажной мануфактуре, основанной еще при Петре I, новый детектив Андрея Дышева «Бухта Дьявола» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

«Мать»

Съемки фильма по одноименной повести А. М. Горького