- Нет, мне таких товарищей не надо. Иди своей дорогой...
- Я всегда хожу своей дорогой, Лай. Но сегодня ты стал на моей дороге. Хочешь, я скажу тебе, куда ты так спешил среди ночи? Ты бежал в полицейский участок, сказать, что «Весёлая лапша» пришёл за своей невестой.
- Нет, Юн, ты ошибся... Я... пусти меня, пусти, я позову на помощь!... А!... А!...
Железные пальцы Юна стиснули горло купца. Лай пытался вырваться, крикнуть, но очень быстро потерял сознание. Юн брезгливо швырнул обмякшее тело предателя на мостовую.
От борьбы и ненависти у Юна так громко стучало сердце, что он не услышал топота ног.
- Командир, спасайся! Облава! Японцы оцепили квартал! - донёсся до него крик товарища.
Партизан было только пять человек, а японцев - сто. Куда ни бросались смельчаки, всюду их встречали японские солдаты. Смело дрались люди Юна, пока не кончились патроны в обоймах. Потом они храбро отбивались ножами, кулаками, зубами. Но их было только пятеро...
Сквозь пальбу и стоны, сквозь ругань солдат слышали все в квартале голос «Весёлой лапши». Он выкрикивал не шутки, нет. Он кричал всем, что скоро придёт конец японскому бесчинству. Он звал всех честных китайцев на жестокую борьбу с врагами.
Мин Ши поднялась с цыновки. Но никакими румянами нельзя уже было закрасить бледность щёк, не разгладить было морщин - этих иероглифов горя, не вымыть было слезами печали из прекрасных глаз. Мин Ши перебирала в памяти прошлые дни, как перебирает мудрец шарики чёток. Она решила ждать последнего дня.
И вот по всему Фудюдяну объявили японцы:
«Сегодня, после полудня, будет казнён разбойник, убийца купца Лай Хун-шу, Юн Сан-син по прозвищу «Весёлая лапша» и с ним ещё двое хунгузов из его шайки. Все должны явиться к месту казни».
Мин Ши надела все свои лучшие наряды, причесала волосы, накрасила щёки. Она оделась так, как одеваются невесты перед свадьбой, и пошла с народом на площадь. И опять удивились люди, и опять сторонились её, точно она была зачумлённая. Надеть красивое платье в день, когда казнят китайского партизана! Кто проникнет в сердце человека?!.
На площади Мин Ши стала на самом видном месте, рядом с палачом. Все видели, как она бесстыже улыбалась палачу, слышали, как она говорила ему:
- Посмотрю, как искусно ты умеешь рубить людям головы. Такой ли ты мастер, каким был «Весёлая лапша»?
Загудел, заволновался народ. На грязной телеге привезли осуждённых. Но кто же из троих «Весёлая лапша»? Все они седые, измученные, страшные, как покойники. Они не могли сами слезть с телеги: у них ноги были в колодках. Солдаты сняли их и поставили перед палачом на колени.
Не спасли Мин Ши румяна. Побледнела она, пошатнулась, схватилась рукой за сердце. Она узнала Юна. И он её узнал. Они оба не слышали, что читал японский офицер собравшимся. Они смотрели друг другу в глаза, они снова были вместе.
Очнулась Мин Ши от окрика палача. Он поднял уже свой страшный меч и приказывал Юну нагнуть голову. Тогда Мин Ши отняла руку от сердца, шагнула к палачу и выстрелила ему прямо в грудь. Палач так и застыл с поднятым мечом, точно удивился такому поступку. Он упал к ногам Мин Ши. Невеста перешагнула через его труп и выстрелила в японского офицера, читавшего приговор.
Все точно окаменели, не могли двинуться с места.
Мин Ши бросила пистолет, прижала к своей груди седую голову Юна и крикнула народу:
- Люди! «Весёлая лапша» - не хун-гуз! Он партизан, он воевал с японцами за вашу свободу! Люди! Помните его всегда!...
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.