Черные волосы его упали на лоб. Брови поднялись. Лешка молчал... Долго мыл ванну. Ходил, вздыхал, выключал и снова зажигал свет в прихожей. Он лег, когда Юлька спала...
Утром, уходя рано, вернулся с порога.
- Давай, что ли, авоську! - смотрел мимо.
- Леш, а то хочешь, вместе вечером сходим? Сразу и возьмем всего. Он пожал плечами.
А ей уже виделось ее новоселье. Представлялось, как придут девчонки, поммастера, Лешкин начальник, как они после застолья станут петь, а Юлька любила песни, будут танцевать, потом уйдут за город, к речке, будут дурачиться, смеяться, любоваться закатом, потом станут возвращаться по двое, по трое и сидеть, довольные, снова за столом и снова попытаются наладить песню - да пора придет разъезжаться, и кто-то еще останется ночевать, и будут опять разговоры, уже, конечно, без песен, потому что какие там песни за полночь...
На работе Юлька была как никогда спорой, процесс шел гладко, она под гул каландра кричала каждой девчонке, чтоб в воскресенье приходила - и так, радостно насаживая голос, пригласила всю смену, да еще после задержалась - других звала.
- А поместимся? - спросила одна.
- В тесноте - не в обиде.
Потом обегала с Лешкой все магазины, давала телеграмму матери - и чем дольше хлопотала, тем больше оставалось хлопот.
Лешка, как мог, помогал. Даже тесто месил. Приспособил наволочку вместо передника - и месил. И все молча. Отвечал односложно. Злился.
Она вымоталась, выложилась вчистую - еле поднялась в воскресенье. День выдался солнечный. Гости стали съезжаться с утра. Лешка, в новом, в белой нейлоновой рубашке, в черных костюмных брюках, спешил отпирать, едва раздавался басовитый звонок. Отопрет, увидит Юлькиных гостей, поприветствует и еще ищет взглядом в парадном - свое начальство ждал...
Первыми приехали толстая контролерша Анна Ивановна с мужем да подруги-каландровщицы Стеша и Полина. Все четверо несли в руках свертки, вносили бережно, упреждая подходившую Юльку:
- Посуда!
Юлька ахнула, когда увидела сервиз. Это был красивый и очень дорогой подарок. Тарелки большие и малые, блюдца и чашки, чашечки, кувшин, поднос, соусница, супница... Светло-зеленая, с серебряно-черной раскраской посуда была расточительно-роскошна.
- Что ж вы наделали, черти! - воскликнула Юлька смущенно и восторженно. Лешка ошеломленно вертел в руках крохотную перечницу, молча, ни разу не вспомнив, что он «не догматик... не фанатик...».
- Это вам от чистого сердца. От всего цеха! - в обе щеки улыбалась Анна Ивановна.
- Я еще им говорила, давайте желтый не брать, тот, что на витрине возьмем, - сказала Стеша.
- Ну, поехала! - сказала Полина.
Муж Анны Ивановны приобнял Лешку за плечи, попросил:
- Убирай, хозяин, а то поколют.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
На вопросы «Смены» отвечает Главнокомандующий Военно-Воздушными Силами, Главный маршал авиации, Герой Советского Союза Павел Степанович Кутахов