Яков Свердлов

Виктор Панкратов| опубликовано в номере №1394, июнь 1985
  • В закладки
  • Вставить в блог

Красный флаг революции

Из стен Нижегородской гимназии в разгар занятий выпорхнуть «сизяку», как называли воспитанников этого учебного заведения за цвет форменной одежды, было непросто. Бдительность инспектора, надзирателей, помогавшего им сторожа казалась неусыпной. И все-таки в тот пахнувший весной день ученик четвертого класса Яков Свердлов смог преодолеть все преграды. После третьего урока, пользуясь шумом перемены, выбрался на улицу и сразу затерялся среди многочисленных пешеходов.

Знал: за нарушение гимназической дисциплины спросят несомненно. Но лишь бы никто не остановил сейчас. Иначе все сорвется, все, ради чего предпринят этот шаг. В последний путь предстояло проводить бывшего студента Московского университета Германа Ливена, земляка-нижегородца. О его трагической смерти говорили всюду. Весть о ней поразила и членов семьи Свердловых. Про «мученика, решившегося на самосожжение», Яков узнал от старшего брата. Оказывается, полиция давно следила за Германом, подозревая его в связи с членами недозволенного кружка. Дважды арестовывала. Но из-за отсутствия улик выпускала на волю. Очередное заключение в Бутырскую тюрьму было третьим по счету. Столь же, впрочем, бездоказательным, как и предыдущие. Сознание личной бесправности, незащищенности от полицейского произвола угнетало Германа. Как освободиться из стен одиночной камеры? Такой возможности он не видел. И тогда, находясь в состоянии отчаяния, он привязал себя к койке, облился керосином, что был припасен для заправки лампы, и чиркнул спичкой... Смерть от ожогов наступила через два дня в тюремной больнице.

...Вот и траурная процессия. Гроб на руках несут молодые люди, такие же, как Герман, студенты. Сосланы в Нижний Новгород из разных мест России за причастность к революционной деятельности. Колонна растянулась на несколько кварталов. Свердлов быстро сориентировался: занял место в одном из ее рядов, оказавшись локоть к локтю с мастеровым в суконном бушлате. Где-то впереди грянули звучавшие набатом слова: «Вы жертвою пали в борьбе роковой...» — и колонна дружно подхватила песню, вызвав переполох среди находившихся поблизости полицейских.

Ничто не укрылось от внимательных глаз, не пролетело мимо чутких ушей Свердлова. Он догадался, что присутствует не просто на похоронах. Нет, траурное шествие превратилось в своеобразную политическую демонстрацию. Возникла она вроде бы стихийно. А фактически?.. Кто-то сумел обо всем подумать заранее, предусмотрев развитие событий до мельчайших деталей, застраховавшись от неожиданностей. Потому-то полицейские чины и не смогли ничему помешать.

Не первый ли организаторский навык удалось приобрести Якову Свердлову в результате этого наблюдения?

Понятно, что это всего лишь догадка. А вот факт, зафиксированный журналом «О манкировках и проступках учащихся», который воспитанники Нижегородской гимназии называли обычно «кондуитом». День похорон Германа Ливена получил отражение в этом документе следующей записью: «8 апреля 1899 года Свердлова не было на 4-м уроке». И резолюция: «9 апреля оставлен (после занятий. — В. П.) на 2 часа». Самоволие гимназиста не осталось тайным. Оценено штампованным наказанием. «Санкция» могла бы стать иной, окажись автор кондуитной записи поосведомленнее...

Запомним эту дату. В жизни Свердлова будет еще не одно памятное 8 апреля. А начиналась эта жизнь так.

...Родился 4 июня 1885 года в Нижнем Новгороде. Отец Свердлова был гравером-печатником. Имел маленькую мастерскую в центре города. Приобрел ее несколько лет назад, переехав сюда с семьей из Саратова. Яков — третий ребенок в семье. Восьми лет стал посещать трехгодичную начальную школу. Был одним из первых учеников. Подтвердил это и успешной сдачей экзаменов при поступлении в Нижегородскую гимназию. Запоем читал Жюля Верна, Вальтера Скотта, А. Конан Дойля, Д. Фенимора Купера. Стремился быть сильным, ловким, выносливым. И честным, как подобает великодушному рыцарю, который всегда на стороне добра в борьбе со злом.

Свердлову исполнилось всего четыре года к моменту издания на английском языке романа С. Степняка-Кравчинского «Карьера нигилиста». Он познакомился с книгой уже гимназистом, когда в 1898 году ее выпустили для русского читателя, но под другим названием — «Андрей Кожухов». Нельзя сказать, что Андрей Кожухов понравился безоговорочно. К нигилистам Свердлов симпатий не питал. Привлекательным было в главном герое романа то, что он целиком и полностью посвятил себя служению революционному долгу, действовал настолько же бескорыстно, насколько и самоотверженно. Позицию, которой постоянно придерживался, обозначил такими словами:

— Вся наша нравственная сила заключается в том, что мы социалисты. Отбросьте социализм, и наша сила пропадет.

Книги, что читал сверх рекомендованного в гимназии, помогли создать фундаментальный кругозор — фундаментальный не по возрасту. А что дальше? Ответ находим в ленинской оценке, данной Свердлову: «...еще совсем юношей, он, едва проникнувшись политическим сознанием, сразу и целиком отдался революции». Наступил рубеж зрелости, способной здраво судить, искать верные пути в будущее. Именно в эту пору родилась концепция-доминанта, принятая как руководство к действию. Накануне своего тридцатилетия Яков Михайлович расшифровал ее так: «...сама борьба людей и с внешними условиями и между собой за господство новых начал жизни полна захватывающего интереса. Принять участие в этой борьбе — огромное наслаждение». Будто назидание современникам и потомкам: оптимизм — это качество сильных людей!..

Не этот ли оптимизм, беспредельная вера в силу завтрашнего дня помогли твердо встать на ноги? Детства мало, отрочества почти нет. Сразу — юность. Зов призвания был услышан, сыграл мобилизующую роль. Сказалась и личная драма. Когда Свердлову исполнилось пятнадцать лет, умерла его мать. С гимназией пришлось распрощаться. Из родительского дома перебрался в Канавино — один из пролетарских районов Нижнего Новгорода. Владелец аптеки принял на работу учеником. Мыл мензурки, крутил «фантики» порошков. Часы досуга использовал для знакомства с населением рабочего поселка. Чаще всего бывал в зоне лесопильных заводов.

В сентябре 1901 года был создан Нижегородский комитет РСДРП. Секретарем его стала библиотечный работник О. И. Чачина, лично знавшая В. И. Ленина, выполнявшая ряд его поручений по «Союзу борьбы за освобождение рабочего класса». Она внимательно приглядывалась к Свердлову, наводила о нем справки. Наконец решила: «Можно доверять». После похорон Германа Ливена прошло всего два с половиной года, а революционное подполье получило уже опытного работника, выросшего из неприметного «сизяка». Нет, самообольщаться ему было рано. О. И. Чачина частенько критиковала за излишнюю горячность, нарушения правил конспирации. Но она же первой признала тот факт, что Свердлов вполне сложившийся член РСДРП. Партийный стаж у него начался с 1901 года.

Юному подпольщику дается одно задание ответственнее другого. Вот он едет в Саратов, где жила старшая сестра. Устраивается там на работу аптекарским учеником. Но вскоре возвращается в Нижний Новгород. А вслед за ним прибывает крупная партия нелегальной литературы. Проходит время, и предпринимается такая же командировка в Чистополь. Нижегородцы поддерживали тесные связи с социал-демократической группой этого города. Иначе говоря, начался особый род деятельности. Смысл ее раскрыт В. И. Лениным: «В эту эпоху, в самом начале XX века, перед нами был тов. Свердлов, как наиболее отчеканенный тип профессионального революционера...»

Великие люди всегда провидцы. Умеют подмечать то, что другим не дано. Таким был В.И.Ленин. Поняв закономерности общественного развития, он не жалел сил, пропагандируя революционные идеи. Разделяли их многие. Но одни пассивно, другие активно. Свердлов относился ко вторым, лидируя среди них по результативности усилий. Помогало этому политическое сознание. В рабочие кварталы молодой революционер шел не оттого, что за этим виделась объективная необходимость. Нет, ему там нравилось, его туда тянуло.

Члены Нижегородского комитета РСДРП признавали: работоспособен, инициативен, приверженец курса «Искры», по достоинству оценил и безоговорочно поддержал позицию большевиков на II съезде РСДРП, склонен к организаторской деятельности.

Все знавшие Свердлова отмечали его острый ум. Сядет играть в шахматы — поражает партнера оригинальностью ходов. Прочитает очередную книгу — готов сразу же дать развернутую рецензию. Осваивая теорию, немедленно переводил понятое и осмысленное в сферу практики. Это по достоинству оценило Бюро комитетов большинства, созданное на исходе 1904 года в дополнение к Заграничному отделу ЦК РСДРП. Для Свердлова начинается полоса постоянных разъездов. Некоторое время был в Ярославле. Потом маршрут: Нижний Новгород — Казань. Всюду представлял собой Бюро комитетов большинства. Таких полномочных лиц называли в то время «агентами ЦК». Молодой возраст — распространенное явление. Но и по этому «цензу» Свердлов держал первенство: летом 1905 года ему исполнилось только двадцать лет!

Революционное движение стремительно набирало силы. Все острей ощущался «голод» на кадры партийных работников. Еще в июне 1905 года Н. К. Крупская писала Казанскому комитету РСДРП: «Сейчас работа везде страшно растет, спрос на людей и литературу прямо колоссальный». Интересовалась: нет ли таких, кому на месте оставаться нельзя? Для Свердлова этот момент наступил в сентябре 1905 года. Вновь почувствовал, что попал под пристальное наблюдение агентов полиции. Пришлось истому волгарю расстаться с любимой рекой. Путь лежал на Урал.

...Мелькают за окном железнодорожного вагона ели, пихты, сосны. Леса таежные, дремучие. Пейзаж намного суровее, чем в среднерусской полосе. А люди? Свердлов с нетерпением ждал первых встреч, бесед, оценок.

Вот, наконец, и перрон Екатеринбурга. Устроился на новом месте быстро. Уездный город Пермской губернии насчитывал сто улиц и пятнадцать площадей, пять с половиной тысяч домов, четыре банка. Заводских и фабричных труб несметное количество. Дымили густо. О масштабах промышленного производства можно было судить по сумме банковского оборота, которая превышала миллиард рублей. В России таких крупных индустриальных центров насчитывалось немного. Одним из первых, с кем довелось познакомиться, был рабочий Верх-Исетского завода П. 3. Ермаков. Надежным помощником стал техник электростанции С. А. Черепанов. Всех интересовали решения Ш съезда РСДРП, центральные вопросы: как готовиться к вооруженному восстанию, каким должно быть временное революционное правительство, какой тактики придерживаться в отношении к крестьянскому движению? Отвечал. Разъяснял. Излагал собственную точку зрения. Помогала уверенность в себе, основанная на всесторонне развитом политическом сознании.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 6-м номере читайте об одном из лучших режиссеров нашей страны Никите Сергеевиче Михалкове, о  яркой и очень непростой жизни знаменитого гусара Дениса Давыдова, об истории любви крепостного художника Василия Тропинина, о жизни и творчестве актера Ефима Копеляна, интервью с популярнейшим певцом Сосо Павлиашвили, детектив Ларисы Королевой и генерал-лейтенанта полиции Алексея Лапина «Все и ничего и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

Черниговская диковина

Снова в Мену, как на дорогой сердцу праздник

Возвращение к сыну

Читатель — «Смена» — читатель