«Если ты интересуешься сельскохозяйственными работами в Конго и умеешь стрелять, позвони по телефону 033 91388».
«Специалистам по сельскому хозяйству» платили щедро...
Полгода назад, в конце июля 1964 года, в красивом вашингтонском особняке собрался на чрезвычайное заседание Национальный совет безопасности США.
На повестке дня был один вопрос: Конго. Телеграммы из этой страны, одна за другой ложившиеся на стол президента, как удары пульса, отсчитывали последние недели агонизирующего режима Чомбе. Под контролем повстанцев - территория, превышающая по площади размеры Бельгии. 35-тысячная армия «конголезского Бонапарта» генерала Мобуту полностью разложилась и способна только грабить мирное население. Ржавчина коррупции проела все звенья государственного аппарата. Недовольство внутри страны растет. Короче говоря, температура бурлящего конголезского котла приблизилась к критической отметке.
А если произойдет взрыв! Неужто 350 миллионов долларов, истраченных за четыре года на экономическую «помощь» Конго, окажутся выброшенными на ветер!! Но ведь, помимо огромных денег, потеря страны означает потерю ее богатейших природных ресурсов: 60 процентов мировой добычи кобальта, 8 процентов -меди, 4 процентов - цинка. Золото и уран, марганец и олово, кадмий и радий... Все это - тоже Конго.
И глава Центрального разведывательного управления, американский «шпион № 1» Джон Маккоун, сделавший высокой аудитории подробнейший доклад о конголезской проблеме, недвусмысленно дал понять: Соединенные Штаты должны срочно оказать Чомбе самую широкую военную помощь.
Вскоре, писал тунисский еженедельник «Жен Африк», Пентагон дал приказ командованию одной из баз ВВС в штате Флорида откомандировать в Конго некоторое число своих «специалистов по партизанской воине». Одновременно с военно-воздушной базы Поуп в штате Северная Каролина тайно вылетели транспортные самолеты «С-130» с парашютистами-диверсантами на борту, обученными в специальной школе в Форт-Брагге. Через несколько дней наступил черед бомбардировщиков «Б-26».
К октябрю в Конго оказалось уже не менее тысячи американских военных. Между прочим, столько же человек было послано Соединенными Штатами в Южный Вьетнам после принятия решения об интервенции в этом районе Азии. Покуда боевая техника с клеймом «Сделано в США» разгружалась под покровом темноты на конголезских аэродромах, а молодчики, говорящие по-английски с явным американским акцентом, пили пиво в баре леопольдвильского отеля «Мемлинг», Чомбе и К развернули лихорадочную вербовочную кампанию. В газетах появились «невинные» объявления, адресованные любителям сельского хозяйства.
А вскоре в тех же газетах стали появляться сообщения о кровавом урожае, собранном в Конго. Английская газета «Ньюз оф зе уорлд» за большие деньги купила право продать читателям покаянные признания сбежавшего от Чомбе наемника Джефа Мана.
Я был наемным убийцей. И я устал убивать. Так устал. что был готов на все. лишь бы переменить ремесло. Я входил в один из отрядов белых «коммандос» (наемников. если хотите) и участвовал в походе на Стэнливиль. Нашим отрядом командовал молодой английский лейтенант, который, как и многие другие, эмигрировал из Англии в Родезию, а затем уже стал наемником.
Как-то один из наших новеньких «фордов» вышел из строя и был оставлен на дороге без присмотра. Когда мы вернулись и нему, то нашли его в самом плачевном состоянии. Бензин был вылит на дорогу.
Лейтенант рассвирепел: «На этот раз мы дадим негодяям настоящий урок!» Он приказал занять ближайшую деревушку и «разобрать ее на части».
Это был знакомый приказ. Мы разобрали на части почти все встретившиеся нам на пути деревушки, хорошо зная, что их жители не принимают никакого участия в военных действиях.
Мы нападали неожиданно, открывали огонь без предупреждения и затем прочесывали местность, сжигая все строения, независимо от того, кто мог оказаться внутри. Смысл подобных операций, насколько я мог понять, заключался в запугивании. в демонстрации нашей решительности и безжалостности.
Нападение, которое я собираюсь описать, было особенно бесцельным и безжалостным. Было совершенно очевидно, что жители деревни ничего не знают о деятельности повстанцев. Они вряд ли видели когда-нибудь и наш грузовик.
Мы вышли к деревне перед закатом. Женщины суетились, заканчивая дневные дела, ребятишки играли в пыли. Некоторое время мы молча наблюдали эту сцену из укрытия. Потом раздалась команда: «Огонь!»
Затрещали пулеметы и каши дьявольские новенькие бельгийские ружья «ФН». Женщины упали, как подкошенные.
Ребятишки, оглушенные, смятенные, остались на месте, так и не поняв, откуда летят впивающиеся в них пули. Затем, лениво постреливая, мы прочесали деревню. Одни обливали дома бензином, прежде чем поднести спичку. Другие бросали ручные фосфорные гранаты, которые превращали людей с живые факелы.
Это был настоящий бедлам. Крики, стоны, мольбы о пощаде. И буйство «коммандос», откровенно наслаждающихся этой вакханалией убийств.
Затем наступила тишина: мы покинули деревушку. Ветер доносил запах паленого мяса и слабые стоны недобитых. Хищные тропические птицы с пронзительным криком торопились на пиршество.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Фантастическая повесть