- Вииик-Тори-Ааа! Вииик-Тори-Ааа!
Отель «Виктория» - пятиэтажное здание, расположенное вдоль вершины холма, - просматривался со всех концов города. Вниз по склону было разбросано множество бунгало, на первый взгляд понастроенных без малейшей системы, рядом - клумбы с цветами и какими-то вьющимися растениями, тут же находился и плавательный бассейн. Каждое бунгало носило женское имя - нас поселили в «Алису», состоявшую из одной большой комнаты с паркетным полом, двумя кроватями, ванной, прихожей и небольшой террасой с видом на горы.
Майер стоял на балконе и, с шумом вдыхая свежий воздух, разглядывал город.
Потом мы взяли машину на прокат и поехали к центру.
Городская площадь была забита мужчинами, женщинами и детьми, продававшими яркие шали, обувь, гуталин, жевательную резинку, серапе, соломенные шляпы, корзины, черную глиняную посуду, живые и декоративные цветы, серапе, сигареты, древние индейские реликвии, серебряные украшения, мороженое и горячие сосиски.
Мы заняли свободную скамейку. Майер продолжал впитывать в себя впечатления и не переставал улыбаться. Но именно он первым заметил небольшую группу на одной из диагональных дорожек, ведущих к самому большому в городе отелю «Маркес дель Валье». Группа состояла из четырех парней и трех девушек студенческого возраста. Парни были одеты в потрепанные мексиканские рабочие рубашки и выгоревшие на солнце штаны цвета хаки. Экстравагантность им придавали бороды и длинные волосы.
Мы встали и пошли за ними. Официанты сдвинули для них два столика, а мы уселись за другой столик футах в двадцати. Активность на площади к тому времени заметно уменьшилась, магазины закрылись. Наступило время сиесты.
Компания расселась тесным кружком, полностью игнорируя окружающих. Их было слишком много для того, чтобы подсесть к кому-нибудь из них и познакомиться поближе. Тут появилась еще одна студенческая пара. Здоровенный парень с живым тонким лицом, светлыми мягкими волосами и бородой, подстриженными «под Христа». С ним была маленькая гибкая негритянка с кожей цвета грифельного порошка и с африканской прической, состоявшей из массы тонких косичек.
- Пожелай мне удачи, - бросил я Майеру и легкой походкой направился к их столу.
- Можно присоединиться к вам на пару минут?
Они окинули меня быстрыми, одинаково настороженными взглядами и отвернулись, продолжая беседовать между собой.
Я сел и, вежливо улыбаясь, вклинился в их разговор.
- Ребята, я не в отпуске, не ищу развлечений, не пьян и не легавый.
Они неприязненно уставились на меня своими темными глазами.
- Милый, похоже, у этого парня что-то вроде синдрома навязчивого общения, - усмехнулась девушка. - Шли бы вы отсюда, мистер. Ваш друг уже скучает в одиночестве.
- Ребята, а попробуйте угадать, почему я к вам подошел?
Они переглянулись, и парень пожал плечами.
- Наверное, вас потянуло толкнуть небольшую речь, этакий монолог о терпимости и нетерпимости, о взаимопонимании и все такое прочее. Считайте, что вас уже выслушали, поняли и одобрили, так что можете валить отсюда в ближайший бар и оттачивать свое ораторское искусство там.
Я не выдержал и расхохотался. Сначала они смотрели на меня с недоумением, потом разозлились, но, в конце концов, тоже рассмеялись.
Переведя дыхание, я представился:
В 11-м номере читайте о видном государственном деятеле XIXвека графе Александре Христофоровиче Бенкендорфе, о жизни и творчестве замечательного режиссера Киры Муратовой, о друге Льва Толстого, хранительнице его наследия Софье Александровне Стахович, новый остросюжетный роман Екатерины Марковой «Плакальщица» и многое другое.