Почему мы так любим музыкальные фильмы? Только ли за музыку и песни?
С этими вопросами корреспондент «Смены» обратился к режиссеру-постановщику музыкальных фильмов «Опасные гастроли», «Весна двадцать девятого», «Туфли с золотыми пряжками», «Ах, водевиль, водевиль!», «Двое под одним зонтиком» Георгию Юнгвальд-Хилькевичу.
Как это ни покажется странным, на простой вопрос, что такое музыкальный фильм, пока нет ясного ответа...
Критикам еще предстоит разобраться в сущности этого трудного и необходимого людям жанра. Виды музыкального кино разнообразны: музыкальные кинокомедии, фильмы-балеты, фильмы-оперы, кинооперетты и их разновидность — мюзиклы. Однако это лишь начало возможностей музыкального кино. Разве невозможны музыкальная киноповесть, музыкальная кинодрама?
Музыкальный фильм, это мое убеждение, должен строиться по законам его музыкальной основы. Монтаж, цветовое решение и даже драматургия диктуются характером музыки. Ведь, к примеру, фильм, в основе которого лежит музыка Моцарта, не может ни по одному компоненту даже напоминать фильм, основа которого — современные ритмы. Герои, поющие в оперной манере, не могут выглядеть так, как исполнители современных песен. Мне довелось снимать разные музыкальные ленты. «Опасные гастроли» выстраивались как героико-романтический фильм, но в первую очередь он был музыкальным, и потому в главной роли я увидел не просто актера, а актера-певца — Владимира Высоцкого.
Поиски были продолжены в односерийной телевизионной музыкальной картине «Весна двадцать девятого», снятой по сценарию Марка Захарова, по пьесам Николая Погодина. И для меня возможность разработки в музыкальном жанре серьезной темы стала окончательно доказанной. А тема действительно была серьезнейшая — первые пятилетки!
В бытность студентом художественного факультета Ташкентского театрально-художественного института мне довелось в качестве конферансье (и такое было) побывать на строительстве города с самодеятельным, организованным нами самими для этой поездки ансамблем «Юность». Участниками были студент режиссерского факультета Батыр Закиров, его сестра Луиза и младший брат Науфаль. Все они впоследствии стали популярными исполнителями песен, ансамбль же «Юность» — лауреатом Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Москве.
Хорошо помню ту давнюю поездку. Ноябрь. Слякоть. Бесконечный зимний азиатский дождь, промокшие палатки. Пронизывающий холод и жаркие разговоры о стране, о ее заботах, о счастье, о будущем. Именно тогда я буквально «пощупал руками», осознал необходимость веселого, доброго искусства для людей-тружеников.
Помню, как строители (и мы, артисты, вместе с ними) шли ночью разгружать товарняки с кирпичом, чтобы ребята могли скорее построить каменные дома для вновь прибывших рабочих. Не для себя! А для тех, кто будет жителями нового города. Эта поездка очень помогла при создании картины «Весна двадцать девятого». Может быть, именно поэтому комсомольцы двадцатых в своих письмах после просмотра фильма обращались ко мне как к своему сверстнику. И. наверное, потому, что вся съемочная группа — от плотника до исполнителя главной роли Валерия Золотухина — горела удивительным энтузиазмом, который был сродни временам незабываемых двадцатых.
— В ваших фильмах последних лет нет так называемых отрицательных героев...
— Мне кажется, что значительно большее воспитательное значение приобретает киногерой, который может и ошибиться, даже запутаться в сложных жизненных ситуациях, но, в сущности, является хорошим человеком.
Задачу показать «нормального» героя, не «розового» и не «черного», мы ставили в картине «Двое под одним зонтиком» с автором повести и сценария Сергеем Абрамовым.
Наш герой, Дан, — неплохой парень. У него мужественная внешность, он нравится женщинам, у него есть друзья, любимая работа, в которой он, правда, не достиг особых высот, но вовсе не потому, что не способен, а потому, что хотел, как он сам говорит: «...есть вволю, пить, гулять, развлекаться».
Вот тут и загвоздка. Желание жить легко привело к тяжелым последствиям. Дан утратил духовность, потерял способность страдать и любить, лишился чувства ответственности перед жизнью. И когда на него «свалилась» фантастическая возможность исполнения любых желаний, желания Дана оказались мелкими, под стать его жизни: достать дефицитную книгу, получить телефон... А когда он встретился с настоящей, явившейся как в волшебной сказке любовью, Дан растерялся и ретировался. Оказалось, «не по Сеньке шапка». Но так как наш герой вовсе не отрицательный, с которым, как говорят, «все ясно», он вдруг понимает, что перед ним разверзлась безднабессмысленного существования. Поняв это. Дан как бы заново рождается.
Мы надеемся, что кому-то наш фильм поможет разобраться в своих проблемах, как Дану (актер Ивар Калныньш) помог его учитель Тиль, которого сыграл замечательный актер Иннокентий Смоктуновский.
Я твердо убежден в том, что корень почти всех человеческих несчастий — безнравственность, и музыкальный фильм ненавязчиво, без морализации и поучений может и обязан затрагивать важные нравственные проблемы.
Но возможно это только в том случае, если есть талантливая музыка. Если эта музыка несет в себе время, большие чувства, если эта музыка способна эмоционально воздействовать на зрителя.
Мне повезло: в моих фильмах звучала музыка гениального Шостаковича, тончайшего мастера киномузыки, лирика и веселого философа Исаака Шварца, смелого экспериментатора Максима Дунаевского.
— А ведь учились вы на художественном факультете...
— Художником я работал и продолжаю работать, но в основном в театре. Кроме этого, пишу портреты людей, в которых ярко выражена индивидуальность.
Кстати, тема «Весны двадцать девятого» затронула меня настолько глубоко, что получила развитие в моей театральной деятельности. В 1976 году я был соавтором либретто и художником-постановщиком балета «Мечтатели» Д. Шостаковича в Московском академическом театре имени К. С. Станиславского и В. И. Немировича-Данченко.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Так это было на войне
Так это было на войне
Спортивный автограф