На вечере ударников газеты «Правда» был премирован летчик отряда «Правды» т. М. В. Водопьянов. Центральный орган партии, оценив работу ударника воздуха по перевозке матриц, представили его к награждению орденом Ленина. Незадолго перед этим т. Водопьянов за свои выдающиеся полеты в Дальневосточном крае на воздушной линии Сахалин Хабаровск представлен к награжден орденом Трудового красного знамени.
Весной 1929 г. в город Александровск, административный центр Сахалина, прибыла с материка изыскательная экспедиция Народного комиссариата путей сообщения. Целью этой экспедиции в составе 500 чел. являлось изыскание железнодорожного пути из Александровска до города Охе. Было решено построить железную дорогу, перерезающую остров от Татарского пролива (с юга острова) на се - вер, до берегов Тихого океана. Участники экспедиции прибыли с материка на одном пароходе, а их имущество, продовольствие и материальная часть следовали на другом. Случилось так, что второй пароход попал в полосу штормов и, несмотря на все старания команды, не мог добраться до берегов Сахалина. Он около двух недель простоял почти в виду высоких береговых скал острова, а когда кончился уголь, был принужден вернуться во Владивостокский порт. К тому же и льды Татарского пролива препятствовали навигации. Льды были гонимы с севера течениями и штормами, и пароход, во второй раз пытавшийся добраться до Сахалина, снова ушел обратно.
Партия изыскателей, лишенная необходимого обмундирования и материальной части, была обречена на вынужденное бездействие. Весенние оттепели растопили снега тайги, а люди, выехавшие с материка в валенках, не имели сапог. Не было сапог и в Александровске. Каждый день вынужденного бездействия людей грозил - огромными убытками государству и кроме того срывалась работа по изысканиям. Вполне естественно, что местные власти, как говорится, «забили тревогу». По всем крупным населенным пунктам Сахалина полетели радиограммы, и вскоре сапоги нашлись в селении Верещагино, отстоящем на 350 км от Александровска. Но как доставить эти сапоги, когда весенняя распутица превратила немногие тропинки тайги в ямы рыхлого снега. К тому же северная часть Татарского пролива еще не вскрылась и перебросить сапоги морским путем не представляло - возможности.
Положение создавалось безвыходное. Была создана специальная тройка. В нее вошли председатели окрисполкома, окружкома и начальник пограничного отряда. В итоге бессонной ночи, когда за окном среди темного полога туч показывалась светлеющая свинцовая полоска, выход был найден.
Послать за сапогами самолет.
И когда на другой день в стране материка показался рейсовый самолет, члены комиссии в нетерпении переминались ногами, стоя на снежном самолетном поле. Едва только самолет подрулил к ангарам, как члены комиссии подбежали к нему и буквально вытащили летчика из пилотской рубки.
В покрытом меховой кухлянкой человеке, с лицом, закрытым очками, только по росту был узнан летчик Водопьянов. Его лицо было черно от копоти и масла, а обнаженные в улыбке зубы сверкали:
- Это парень свойский, наш, - улыбнулся и председатель окружкома.
- Этот слетает, - подтвердил начальник погранохраны.
- Но куда лететь - то, дорогие товарищи? - пытался узнать Водопьянов после того, как снял с себя меховую маску, предохраняющую лицо от резких в этом климате даже весной морозов.
Торопливо, наперебой, члены комиссии посвятили Водопьянова в подробности предстоящего перелета. По мере рассказа лицо Водопьянова приобретало несвойственный для него серьезный и даже мрачный вид.
- Нет, товарищи, не могу лететь, - твердо ответил Водопьянов, когда начальник погранохраны кончил говорить.
Один из членов комиссии неожиданно хихикнул: очевидно, этот ответ показался ему шуткой, до которых охоч Водопьянов.
- Но почему же не можешь? - изумился начальник пограничной охраны.
- Очень просто, почему... Потому что я угроблю самолет в Верещагине.
- Почему же ты угробишь?
- Да потому, что там нет аэродрома: негде спуститься. И кроме того, я не могу лететь в' такой рискованный рейс без разрешения начальника линии.
- Ну, это разрешение мы тебе сейчас схлопочем... Степанов, - крикнул начальник погранохраны своему помощнику, - лети немедленно на рацию и подай вне всяких очередей эту радиограмму.
Степанов быстро уехал на собаках в город, на рацию, а поздно вечером из далекого Хабаровска пришел ответ начальника Сахалинской воздушной линии:
- Категорически воспрещаю перелет в Верещагино.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.