Учительница

Р Недосекин| опубликовано в номере №607, сентябрь 1952
  • В закладки
  • Вставить в блог

В институте заседала государственная комиссия. Время от времени дверь приоткрывалась, и секретарша равнодушным голосом произносила чью-либо фамилию. Вызванные студенты, одёрнув пиджак или платье, скрывались в кабинете, а через несколько минут выбегали оттуда с широкой улыбкой на лицах и блестящими глазами:

- Кировская!

- Сахалин!

- Горьковская!

Почему-то всем удивительно везло: каждого направляли на работу именно в ту область, куда и хотелось поехать. Может быть, это только казалось так, потому что всем хотелось поскорей получить назначение - не так уж важно, куда - и наконец-то почувствовать себя самостоятельным человеком. Валя Федотова, круглолицая голубоглазая девушка с гладко причёсанными русыми волосами, в шёлковом нарядном платье, с волнением ожидала вызова я мысленно гадала, куда ей предложат поехать. На Камчатку, Алтай, Урал, в Смоленскую, Амурскую области - она поедет куда угодно! И чем дальше, тем лучше: будут новые, незнакомые места, новая природа, новые люди. Дальних мест она не боялась: в родной стране каждый уголок был ей близок и дорог.

И вдруг ей сказали: по просьбе облоно вас оставляют во Владимирской области. Будете учительствовать в вашем родном Вязниковском районе, на станции Мстёра... Валя вышла из кабинета с расстроенным лицом, забилась в угол и разрыдалась...

Плакала Валя по двум причинам. Во-первых, её разлучили с подругами, с которыми она мечтала вместе работать. Во-вторых, как же это она будет учительствовать в Мстёре, где все её помнят ещё девчонкой, а старшие братья нынешних учеников на переменах дергали её за косички? Никакого авторитета там у неё не будет, дисциплины на уроках уж и ждать нечего...

Деревянное двухэтажное здание Вязниковской семилетней школы показалось Валентине маленьким и ветхим по сравнению с красивым особняком Владимирского педагогического института. Она обошла пустые классы и попыталась представить, как она будет стоять у грифельной доски под пытливыми взглядами ребятишек. Скрипнула дверь. Валя смущённо обернулась: на пороге стоял плотник, старый дед Гаврилыч, всматриваясь в девушку ласковыми подслеповатыми глазами.

- К нам, что ли, дочка? Постой, да ты не из Сергеева ли? Помню, помню, и отца твоего знаю и мамашу. Вот и ладно, что к мам приехала, не забыла, и нам-то приятно. Кажись, Валентиной Ивановной звать? Внучок мой тут будет учиться. Уж ты, Валентина Ивановна, воспитай его, баловней он больно...

Не первый ли раз в жизни назвали эту русоволосую девушку по имени-отчеству? На душе у Валентины вдруг стало радостно и легко. Прежние страхи исчезли, но зато с необычайной ясностью она осознала огромную ответственность, легшую на её плечи: от неё ждут не просто хорошей, добросовестной работы, в ней видят воспитателя, наставника детей, она должна быть учителем в самом высоком смысле этого слова...

От деревни Сергеево, где родилась и выросла Валентина, до Мстёры двадцать километров. Валя поселилась вместе с опытной учительницей Фелицатой Васильевной Зайцевой. Все дни, медленно таявшие перед началам учебного года, Валя жила в возбуждённом состоянии. Занцева, поглядывая на свою молодую подругу, добродушно усмехалась:

- Береги порох, Валечка... Будь спокойней, твёрже. Продумай учебный план, заведи свой дневник. Это тебе во многом поможет.

- А что если я не справлюсь?! -восклицала Валя. - Если я не смогу привить ученикам любовь к своему предмету?

- Должна, - коротко отрезала Занцева. И валин отец, старый рабочий и секретарь партийной организации кирпичного завода, часто навещавший дочь, говорил: - Старайся, Валентина. Ты комсомолка, трудностей не тебе бояться. Все силы приложи...

И вот первый урок. За чисто вымытыми окнами качаются тонкие ветви берёзки с чуть пожелтевшими листьями. Солнечное небо кидает на парты ясные отсветы. Тридцать пар любознательных и любопытных глаз - серых, чёрных, голубых, карих - ловят каждое движение молодой учительницы. Валя старается говорить спокойно, ровно, как во время практики в первой школе города Владимира, но голос против воли изредка вздрагивает. Она рассказывает о народных песнях и сказках истоках великой русской литературы - к, увлекаясь, читает по памяти отрывки о смелых и преданных богатырях, об удачливом крестьянском сыне Иване. Валя видит, как загораются ребячьи глаза, чувствует, как затихает класс. Перед ней стриженые мальчишеские и гладко причёсанные, с яркими бантами головки девочек. В те минуты, когда Валентина обводит класс взглядом, она пытается по выражению детских лиц составить себе представление об учениках. Вон тот мальчуган, сидящий у окна, загорелый и крепкий, наверное, будет хорошо учиться. А рядом с мим сидит веснушчатый кареглазый мальчик с плутоватой улыбкой на губах - сразу видно, непоседа... Но между ними - учителем и учениками - уже протянулись какие-то нити взаимного доверия. Нет, работать будет не очень страшно...

Звонок. Уже? А она ещё не успела изложить до конца материал. Торопливо Валя договаривает начатую фразу, задерживая в классе ребят, даёт домашнее задание. Тишина сменяется шелестом книг, шарканьем ног под партами, говором. Проходит чуть не вся перемена, когда Валентина отпускает наконец ребят. Она идёт в учительскую с пылающим лицом. Так хорошо начался и так плохо закончился её первый самостоятельный урок! Она ждёт, что сейчас её вызовет завуч или директор и сделает строгое замечание. Но директор поздравляет с первым уроком, преподаватели горячо пожимают руку, ласково ободряют. И Валя понимает: те ошибки, которые, возможно, ещё будут, она обязана учесть, исправить и никогда не повторять в дальнейшем...

Трудности... Их было немало. Самым больным местом была дисциплина. В шестом классе не давали покоя проказы Толи Фадеева и Миши Грибкова, в седьмом - Славы Грибкова и Гриши Гуртаева. А были эти проказники едва ли не самыми способными из учеников. Валя пробовала пристыдить их, однажды, погорячившись, удалила Гришу Гуртаева из класса.

Но это не был выход. Занцева, которой Валентина поверяла все свои радости и печали, советовала побеседовать с родителями Гуртаева.

Валентина нашла более верный путь. Как-то после занятий она спросила у мальчика:

- Гриша, кем ты собираешься быть, когда вырастешь?

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

Во 2-м номере читайте об одном из самых противоречивых и загадочных монархов в  российской истории Александре I, об очень непростой жизни и творчестве Федора Михайловича Достоевского, о литераторе, мемуаристе, музыкальном деятеле, переводчике и  близком друге Пушкина Николае Борисовиче Голицыне, о творчестве выдающегося чехословацкого режиссера Милоша Формана, чья картина  «Пролетая над гнездом кукушки» стала  культовой. окончание детектива Варвары Клюевой «Черный ангел» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

Железный Феликс

К 75-летию со дня рождения Ф. Э. Дзержинского