Там, где жил Чехов

Вл Лидин| опубликовано в номере №651, июль 1954
  • В закладки
  • Вставить в блог

В деревне Мелихово, Лопасненского района. Московской области, Антон Павлович Чехов прожил шесть лет (1892-1898 гг.). Это были годы расцвета его таланта, известные в истории литературы как «мелиховский период» творчества писателя.

В этом маленьком домике-флигеле, окруженном густой зеленью, он создал многие свои произведения.

Сейчас часть территории бывшей чеховской усадьбы в Мелихове превращена в заповедник. Во флигеле организован музей писателя. Каждый день здесь бывают экскурсанты, читатели бессмертных чеховских книг.

В 1898 году врачи посоветовали больному Антону Павловичу поселиться где-нибудь на юге. Ехать за границу писатель не хотел. На окраине Ялты, в деревушке Аутка, он купил небольшой земельный участок, на котором построил дом. Около дома не было никакой зелени. Антон Павлович, горячо любивший природу, в свободные минуты высаживал на участке деревья, кустарники, цветы. Сейчас здесь Дом-музей А. П. Чехова.

В этом скромном домике родился Антон Павлович. К 50-летию со дня его смерти здесь восстанавливается обстановка, в которой провел писатель первые годы жизни в Таганроге. Общественность Таганрога, как и вся наша страна, широко отмечает эту дату. В городе открывается новая юношеская библиотека, будут установлены мемориальные доски на зданиях, связанных с пребыванием в них великого русского писателя.

Есть писатели, которые властвуют над временем. Время не отодвигает их, а приближает, и поколение за поколением, припадая к источнику чистой их речи, ощущает, что обрело надежного спутника. Таким писателем наряду с Пушкиным и Львом Толстым является и Чехов.

Пятьдесят лет прошло со дня его смерти. Этот огромный отрезок времени включает в себя величайшие события русской жизни - революцию 1 905 года, первую мировую войну, Великую Октябрьскую социалистическую революцию, Великую Отечественную войну.

Той жизни, о которой писал Чехов, уже не существует. Ушла в прошлое мечтательная и бездеятельная русская интеллигенция, которой посвятил Чехов немало страниц; ушла в прошлое беспросветная деревенская темнота; ушли в прошлое люди, которые тосковали о лучшей жизни в будущем, но не знали, как эту жизнь приблизить.

Казалось бы, нам, советским людям, должен быть далек и чужд мир чеховских героев, столь непохожий на сегодняшнюю нашу жизнь. Но такова сила искусства большого художника, такова сила его мысли, его понимания мельчайших движений человеческой души, что герои Чехова со всеми их слабостями и противоречиями вызывают у нас живое отношение и сегодня.

Великие русские писатели прошлого создали образы, без которых трудно было бы дать определение целым явлениям русской жизни. Такова вся галерея персонажей «Мертвых душ», «Ревизора», таковы Обломов и Рудин, Пьер Безухое и Иудушка Головлев. В ряду этих персонажей стоят и такие герои Чехова, как подраненная чайка Нина Заречная, доктор Астров с его верой в грядущее преображение жизни, или - с другой стороны - унтер Пришибеев и «человек в футляре» - учитель греческого языка Беликов. Эти образы стали социальными категориями. В. И. Ленин со страстью клеймил в политической жизни и «человека в футляре» и социал-демократическую «душечку».

Гоголь первым в русской литературе поднял тему о маленьком, простом человеке с его бедной событиями жизнью - Акакий Акакиевиче Башмачкине. Чехов в громадной степени расширил тему о маленьких людях. В десятках своих повестей и рассказов он показал судьбу многих простых, незаметных деятелей - врачей, агрономов, учителей. Изображая их, он вместе с тем показал темноту и бесправие в одну из самых сумеречных эпох России. Мы не могли бы без Чехова представить себе русскую жизнь конца XIX и начала XX века, как не можем без Льва Толстого представить себе жизнь русского общества в эпоху Отечественной войны 1812 года. Литература - зеркало жизни. Ни один документ не может осветить общественные и социальные явления так ярко, как это делает литература.

Для писателей нового поколения, развивавшихся в огромной степени под влиянием прозы Чехова, его художественные приемы служили образцом. Многие писатели учились у Чехова.

«С уверенностью можно сказать, - отмечал в своей записной книжке А. И. Куприн, - что Чехов, более чем кто-либо, показал всю гибкость, красоту, изящество и разнообразие русского языка... У Чехова еще долго будут учиться языку русские писатели».

Герои Чехова мечтали о жизни, которая через сто или двести лет будет прекрасной, но сам он твердо знал, что очистительная буря близка. Вспомним, что Чехов умер в 1904 году, когда уже полыхали первые зарницы грядущей революции 1905 года.

«... Когда идешь темной ночью по лесу, и если в это время вдали светит огонек, то не замечаешь «и утомления, ни потемок, ни колючих веток, которые бьют тебя по лицу...» - говорит, выражая мироощущение Чехова, доктор Астров.

Вера в то, что сумерки русской жизни должны уступить место рассвету, проходит почти через все книги Чехова. Он писал о темноте, веря в свет; он писал о жестокости, веря в торжество справедливости. Он призывал к жизни прекрасной и совершенной. «Человеку нужна такая жизнь, - говорит Вершинин, герой пьесы «Три сестры», - и если нет ее пока, то он должен предчувствовать ее, ждать, мечтать, готовиться к ней, он должен для этого видеть и знать больше, чем видели и знали его дед и отец».

Чехов принадлежал к числу тех писателей, у которых литературное слово не расходилось с их делами. Готовясь к великим переменам русской жизни, предчувствуя их, он сам хотел видеть и знать больше, чем видели и знали его дед и отец. Можно поразиться, как этот человек с подорванным здоровьем, по существу обреченный, предпринял именно в целях познания жизни труднейшую в условиях того времени поездку на Сахалин, Тогда еще не было Великого Сибирского пути, тысячи верст приходилось преодолевать на лошадях в распутицу и бездорожье. «Все сибирское, мною пережитое, я делю на три эпохи... - писал Чехов поэту Плещееву, - 1) От Тюмени до Томска, 1500 верст, страшенный холодище днем и ночью, полушубок, валенки, 'холодные дожди, ветры и отчаянная (не на жизнь, а на смерть) война с разливами рек... 2) От Томска до Красноярска 500 верст, невылазная грязь; моя повозка и я грузли в грязи, как мухи в густом варенье... 3) От Красноярска-до Иркутска 1566 верст, жара, дым от лесных пожаров и пыль...»

Чехов был убежден, что писать правду а своих книгах может только тот писатель, который глубоко познал жизнь. Все годы - от начала вступления в литературу до конца своих дней - он познавал мир, преодолевая тяжелую, мучительную болезнь и показывая пример писательского трудолюбия. Он никогда не был доволен собой, не успокаивался на достигнутом. «Если опять говорить по совести, то я еще не начинал своей литературной деятельности, хотя и получил премию», - писал Чехов в 1888 году Суворину. А ведь им к тому времени уже были созданы «Тоска», «Егерь», «Горе», «Детвора», «Ванька» - эти шедевры маленького рассказа. «Еле справляюсь с техникой. Слаб еще по этой части и чувствую, что делаю массу грубых ошибок», - сообщал он год спустя Суворину. «Я имею способность - в этом году не любить того, что написано в прошлом, мне кажется, что в будущем году я буду сильнее, чем теперь», - признавался он в одном из своих писем.

В книгах Чехова, как и в книгах Льва Толстого, Короленко, Горького, ощущается личность писателя. Чехов пишет о людях с глубоким сочувствием к их судьбе. Даже в ранних рассказах, изображая смешные персонажи, сталкивая их в комических положениях, он умеет пробудить сочувствие и к судьбе незадачливого цирюльника Макара Кузьмича Блесткина с его осмеянной любовью, и к хористке Паше, маленькой, глупой и несчастливой женщине, и к безропотному переписчику Ивану Матвеевичу... С огромной силой это сочувствие к людям звучит и в его пьесах «Вишневый сад», «Дядя Ваня», «Три сестры», проникнутых верой в приход новой, красивой, умной жизни, которая освободит задавленную и бесправную личность человека.

Чехов изображал людей, которые еще не знали, как исправить жизнь, но страстно желали и предчувствовали ее обновление.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере читайте о судьбе «русского принца Гамлета» -  императора Павла I, о жизни и творчестве Аркадия Гайдара, о резком, дерзком, эпатажном, не признававшем никаких авторитетов и ценившем лишь свой талант французском художнике Гюставе Курбе,  о первой женщине-машинисте локомотива Герое Социалистического Труда. Елене Чухнюк, беседу нашего корреспондента с певцом Стасом Пьехой, новый детектив Андрея Дышева «Жизнь на кончиках пальцев» и многое другое

Виджет Архива Смены