Свидетелей не будет

Барден пробормотал в ответ что-то неопределенное.

— Как ты думаешь, Фидер не причастен к этому делу? — спросил Конрад, садясь в плетеное кресло.

— Не тот он человек, чтобы пойти на такое. Да и для чего? Она была его единственным клиентом, и он на этом сколотил себе небольшое состояние.

— Такая женщина, как Джун, должна была иметь немало врагов, — сказал Конрад. — Тот, кто это сделал, вероятно, ненавидел ее.

— Говорят, у нее были дрянные приятели. Болтали даже, о Джеке Маурере.

Конрад весь так и застыл.

— Что болтали?

— Я так и думал, что ты мимо этого не пройдешь. Я не могу ручаться, но говорили, будто он был близок с ней.

— Вполне можно поверить. Именно Маурер с его жестокостью способен решиться на такое.

— Ты просто помешался на этом Маурере. По-моему, ты продал бы душу, лишь бы увидеть его за решеткой.

— Я не хочу, чтобы он сидел за решеткой, — проговорил Конрад со злостью. — Я хочу, чтобы он сидел на электрическом стуле. Он слишком задержался на этом свете.

Вошел полицейский, кашлянул, доложил:

— Мистер Фидер, сэр.

Конрад и Барден встали. Гаррисон Фидер, агент Джун Арно по рекламе, оказался худеньким человечком с жесткими, проницательными глазами, впалыми губками и ртом, похожим на мышеловку. Он схватил руку Конрада и сильно тряхнул ее.

— Рад вас видеть. Что произошло? С Джун все в порядке?

— К сожалению, нет. Она убита.

— Убита! — воскликнул Фидер. — Ну и сенсация будет! Черт возьми, я даже не знаю, плакать мне или смеяться.

— Что вы хотите этим сказать? — прорычал Барден с перекошенным от злости лицом.

Фидер как-то криво усмехнулся.

— Вы не работали на нее пять бесконечных лет и не можете меня понять. С какой стати я буду ее оплакивать? Может, я и потерял кусок хлеба, но зато никто не будет помыкать мной. Эта дрянь чуть не заездила меня до смерти. Если бы не убили ее, сдох бы я. Я нажил себе язву из-за нее. Разве вы знаете, с чем мне приходилось мириться из-за этой женщины?