Сомерсет Моэм. «Совращение»

Сомерсет Моэм| опубликовано в номере №1740, октябрь 2009
  • В закладки
  • Вставить в блог

– Пожмите руки.

Молодые люди подчинились.

– Я бы не хотел, чтобы случившееся получило огласку. Это будет непорядочно по отношению к Манро, которого, думаю, мы любим и уважаем. Могу я рассчитывать на ваше молчание?

Все кивнули.

– Теперь можете идти. А вы, Макадам, останьтесь. Хочу сказать вам несколько слов.

Когда они остались вдвоем, Резидент сел и раскурил манильскую сигару. Предложил другую Нилу, но тот предпочитал сигареты.

– Вы – очень вспыльчивый молодой человек. Я не люблю, когда мои подчиненные устраивают подобные сцены в публичных местах.

– Миссис Манро – мой большой друг. Я видел от нее только добро. И не потерплю ни одного дурного слова о ней.

– Тогда, боюсь, вам придется частенько затыкать уши, если вы пробудете здесь подольше.

Нил какое-то время молчал, а когда заговорил снова, то с вызовом вскинул голову.

– Я прожил у Манро четыре месяца, – от волнения шотландский акцент стал куда заметнее, – и даю вам слово чести, что в словах этого подонка нет и грана правды. Миссис Манро никогда не позволяла по отношению ко мне неподобающей фамильярности. Ни словом, ни делом не дала ни малейшего намека на какие-либо непристойные намерения. Она относилась ко мне, как мать или старшая сестра.

Резидент не отрывал от него ироничного взгляда.

– Очень рад это слышать. Давненько уже никто не отзывался о ней столь хорошо.

– Вы мне верите, сэр, так?

– Разумеется. Возможно, вы ее перевоспитали. Ладно. Если хотите, можете идти. Но больше никаких драк, прошу вас, или будете уволены.

Когда Нил направился к бунгало Манро, дождь уже перестал, и бархатное небо сверкало звездами. В саду тут и там поблескивали светлячки. От земли поднималось пряное тепло, и, казалось, если замереть, можно расслышать, как растет вся эта буйная зелень. На веранде Манро что-то печатал, а Дарья читала, лежа на шезлонге. Лампа находилась у нее за спиной, и подсвеченные пепельные волосы напоминали нимб. Она посмотрела на Нила, отложила книгу, улыбнулась. Очень тепло и дружелюбно.

– Где вы были, Нил?

– В клубе.

– Кого видели?

Такой домашний уют, такая умиротворенность и непринужденность Дарьи не могли не вызвать умиления. Эти два человека, каждый занятый своим делом, составляли единое целое, их близость казалась совершенно естественной, ни у кого не могло возникнуть ни малейших сомнений в том, что они счастливы друг с другом. Нил не верил ни единому слову из того, что говорил Бишоп и на что намекал Резидент. Такого просто не могло быть. В конце концов, он точно знал, что их подозрения относительно него совершенно беспочвенны, стало быть, и остальное не заслуживало доверия. У всех этих людей – такие грязные мыслишки. Хотелось бы знать, кто первый запустил этот мерзкий слух. Он бы свернул шею мерзавцу.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

комментарии

futanary , 08.09.2010 01:02

Дарья крута

Тимур Аникин , 08.09.2010 11:40

а то!

Во 2-м номере читайте об одном из самых противоречивых и загадочных монархов в  российской истории Александре I, об очень непростой жизни и творчестве Федора Михайловича Достоевского, о литераторе, мемуаристе, музыкальном деятеле, переводчике и  близком друге Пушкина Николае Борисовиче Голицыне, о творчестве выдающегося чехословацкого режиссера Милоша Формана, чья картина  «Пролетая над гнездом кукушки» стала  культовой. окончание детектива Варвары Клюевой «Черный ангел» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

Династия Шмариновых: три поколения в искусстве

Почему трудно быть сыном известного художника, «Смене» рассказал Алексей Шмаринов

Русская муза Матисса

«Портрет Лидии Делекторской»