Они сели за стол, и Дмитрий поставил на него черный, закопченный котелок с чаем.

— Довольны охотой? – спросил он, разливая по кружкам кипяток.

— Да, – сказал сын, хотя рюкзак его был легок.

— А я тут петли ставлю. – Он равнодушно ткнул пальцем в угол, где высилась груда заячьих тушек.

— Нынче полно зайца, – снова заговорил он. – По десять штук зараз снимаю. В дверь поскреблась собака.

— Совсем как человек, – сказал Дмитрий. – не может одна. Он поднялся и впустил свою собаку.

– Ну, устраивайтесь, – произнес, – а я пока займусь вот этим, – он показал рукой на заячью груду.

Мать легла на нары, а сын расположился у печи, отворив дверку, глядя на млеющий огонь.

— Сын, – окликнула мать.

— Что?

— Ты доволен, что приехал ко мне?

Он помолчал, вздохнул, а потом ответил:

– Да.

В меркнущем предзимнем дне за окном своя жизнь сообщала ему эту свою близость и отклик. Он думал о тайне природы, к которой приобщила его мать. Отчего она заманивает людей через горы и быстрые реки? Почему она, как та утренняя звезда, заставляет забывать все невзгоды и неудачи? Нет, никакие объяснения не в силах дать ответ на это вечное «почему». Сидя у печки и глядя на огонь, он обдумывал целую жизнь, даже две – свою и матери. И тут он останавливал уходящие мгновения так, как откладывают драгоценные камни, чтобы можно было по мере надобности извлечь их и осмотреть – какие потемнели, а какие остались по-прежнему светлы.

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 2
• 3

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.