Дверь распахнулась, и, впуская клубы морозного воздуха, в комнату ворвались фашисты.

— Руки вверх! — по-русски прокричал офицер.

Но мальчишки только теснее прижались друг к другу.

Витя стоял впереди, и офицер ударил его наотмашь. Еще и еще... Мальчик упал.

— Что ты сделал, сынок? — бросилась и нему мать.

Витя поднялся, стер рукавом кровь с распухших губ.

— Я знал, что делал, — сказал он спокойно и твердо.

Солдаты вывернули их карманы, обшарили одежонку, все в доме перевернули вверх дном. Громыхнув, упали на стол два маузера, патроны. Рядом лег извлеченный из-под подкладки Гениного пальто двойной листок ученической тетради с синими крестиками, обведенными кружками.

— Это что? — заревел офицер. Мальчишки молчали.

* * *

Их расстреляли под Таганрогом, недалеко от моря, в Петрушиной балке: Гения Лызлова, пионера, Виктора Кизрякова, пионера, Николая Семанькова, комсомольца.

Не суждено было Гене стать капитаном дальнего плавания. Другой водит по океанам его корабль. Другой работает на токарном станке Семанькова. Не Виктор Кизряков, а другой ученый несет сейчас вахту в суровой, полной неразгаданных тайн Антарктике.

Со дня их гибели прошло больше 20 лет. Но не забывают имен тех, кто отдал жизнь за Родину. О них поют песни, о них пишут книги, в их честь в День Победы гремят салюты.

А в родной школе Гени Лызлова учатся теперь другие мальчишки и девчонки. Они часто приходят в пионерскую комнату и подолгу стоят перед портретом светловолосого паренька. И каждый дает себе клятву: быть честным и мужественным и любить Родину так, как любил ее Геня и его товарищи.

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 2
• 3
• 4

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.