Вот еще одно жандармское «дело», связанное с «исследованием неблагонадежности» штабс-капитана Гриневича. Уже первые страницы не оставили никаких сомнений, что Михаил Мирославович Гриневич — «тот самый». Судьба бросала его из одного гарнизона в другой, пока он не оказался в Севастополе. в 49-м пехотном Брестском полку, который принимал участие в подавлении восстания Черноморского флота в 1905 году. Но через два года местные военные власти были вынуждены признать, что и там «есть небольшое количество сознательных солдат», а «минная рота вся распропагандирована и принимает самое активное участие в революционном движении». Поэтому «все видные деятели полка состоят под агентурным наблюдением». И среди них — М. М. Гриневич.
Происходило все это в ту пору, когда в сентябре 1907-го начались волненияв Севастопольском сухопутном гарнизоне. Пройдет чуть меньше года, и у одного из заключенных на гарнизонной гауптвахте будет отобрана рукопись, в которой Гриневич назван среди «сочувствующих революционному движению и готовых вступить в военную организацию». Михаила Мирославовича обыскали, арестовали, и, хотя ничего компрометирующего у него не нашли, он был (как сказано в одном из дел Центрального Государственного военно-исторического архива) «Высочайшим приказом 8 июля 1908 года уволен от службы без преимуществ вследствие возникшего против него обвинения в политическом преступлении».
Обвинение это осталось на М. М. Гриневиче до краха царского режима.
Рассказывая о тех, кто не был одноклассником Владимира Ульянова, но являлся его школьным товарищем, следует вспомнить и Бориса Фармаковского. Мальчики дружили с малых лет. Друзьями были и их родители — педагоги И. Н. Ульянов и В. И. Фармаковский. Когда последний переехал вместе с семьей в Оренбург, связь их с Ульяновыми не прерывалась. О том свидетельствует письмо М. А. Ульяновой Фармаковским от 18 марта 1882 года, где сказано, что письма их детей «доставили нам большое удовольствие». Известно, что Володя Ульянов и Борис Фармаковский писали друг другу. От той их ребячьей «почты» сохранилось только одно рисованное письмо на березовой коре.
Кем же стал Борис Фармаковский — близкий товарищ детства Владимира Ульянова? Он окончил одесскую Ришельевскую гимназию с золотой медалью, затем классическое отделение историко-филологического факультета Новороссийского университета (в Одессе). Еще будучи на студенческой скамье, получил золотую медаль за сочинение о культуре Испании и ездил в научные командировки в Константинополь и Афины.
Теперь имя Б. В. Фармаковского, профессора, члена-корреспондента АН СССР, крупнейшего ученого-археолога, широко известно в научном мире. Он вел научные исследования в главных европейских музеях, был ученым секретарем русского Археологического института в Константинополе, основателем и руководителем Института материальной культуры в Ленинграде.
А одноклассник Ильича Сергей Сахаров в советское время, ходатайствуя об устройстве на работу в Наркомфин, сослался и на свое знакомство с В. И. Лениным. По этому поводу Владимиру Ильичу был послан запрос. Из его ответа мы и взяли те самые строки. которыми начинается этот очерк. Говоря о С. Сахарове, Владимир Ильич сообщил, что «сохранил память» о нем «по гимназии, где мы вели либеральные разговоры мальчиками». Однако своим ответом он дал понять, что при решении вопроса о приеме его бывшего соученика на работу следует руководствоваться вовсе не фактом их давнего гимназического знакомства, а деловыми качествами С. М. Сахарова.
Мы рассказали лишь о нескольких школьных товарищах и соучениках Владимира Ильича. Поиски материалов о других — впереди. А среди них: участник небывалого по тем временам велопробега Владимир Толстой, дипломат (окончивший знаменитый Лазаревский институт) Владимир Андреев — и другие.
Заканчивая свой рассказ, очень надеюсь на то, что строки эти попадут на глаза потомков бывших школьных товарищей и соучеников Владимира Ульянова и они сообщат то, что, казалось, временем сокрыто.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Молодые рабочие — Салам Дугушев, делегат XX съезда ВЛКСМ, бывший воин-интернационалист и Николай Чепурнов, кавалер ордена Трудовой Славы, бригадир комсомольско-молодежного коллектива, — ведут разговор о перестройке и жизни комсомола
Повесть
Который успел постареть, прежде чем добился первой выставки