Поэтическая молодежь, к которой принадлежит Панченко, вышла из среды рабочего класса - и производственные образы в ее стихах не надуманны, не притянуты за волосы, а естественно включены в общую систему мироощущения поэтов.

Образы труда и социалистического строительства в стихах Панченко так же лиричны как извечные поэтические образы любви, смерти, природы и т. д. А образы любви, смерти или, верней, социального бессмертия и т. п. в свою очередь неразрывно связаны в его стихах с темами трудового энтузиазма:

«Я думал: все, что сможем сами,

Мы не заставим делать тех,

Кто после нас придет. Потомки,

Моих судов найдя обломки,

Услышат голос мой... И вновь

Я вкладывал полоски жести

В тиски...»

Ощущение будущего у Панченко является каким - то новым физиологическим чувством:

«Я не мастер. Да. Но я подручный

Будущего. Значит, самый звучный

Из гремевших в мире глухарят.

Я вдыхаю самый свежий воздух,

А заклепки, хоть и гаснут в гнездах,

Над веками звездами горят».

У Панченко почти не существует разницы между работой и песней. Он так и пишет: «В начале песни выпал снег». И о работе - песне он пишет с подлинной поэтической страстью:

«Скрутив жгутами рукава,

Мы пели песню. Каждый вдруг

В ней узнавал себя. И стук

• Страницы:
• 1
• 2
• следующая

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.