Работа среди праздника

Галина Режабек| опубликовано в номере №1143, январь 1975
  • В закладки
  • Вставить в блог

– Бесконечный, разнообразный мир людей – вот что мне интересно, – сказал Сергей Русанов. – Да, люди. Они главное и самое любопытное нашей работе, – поддержала Сергея Нина Степановская. Нина Алексеевна Разоренова, директор школы официантов и метрдотелей, смотрит на меня торжествующе: слыхали? Ей хочется пригласить новых ребят и девушек, чтоб убедить, доказать, что у них все как надо, что к делу своему они прикипели, что на любом конкурсе им по силам взять любые призы, что если открыть такие школы еще и еще, то не будет у нас проблемы сервиса, проблемы кадров для него. Этот вопрос стоит остро.

...Вещественное доказательство могу приложить. Это кусок оберточной бумаги с мясными подтеками, а по ним размашисто, наискось безграмотное письмо какому-то Раулю с объяснением в чувствах. Молоденькая продавщица никак не могла понять, зачем мы здесь стоим, смотрим на нее и чего-то хотим. Чего же? Ах, мяса!» Глаза ее полыхнули презрением. Она с иронией бросила кусок на весы, потом на страстно исписанный лист, тяп-ляп завернула, и он достался мне – уникальный автограф ценой в один рубль шестьдесят восемь копеек. Я шла и думала: кто такой этот Рауль? И еще: несет ли он ответственность за то, что мы нервничали, и ждали, и злились, и возмущались, пока его поклонница, отрешившись от окружающей действительности, то есть от нас, писала ему письмо? Или он тут совсем ни при чем?

– Ни при чем! – сказали мне девять из десяти стихийно опрошенных знакомых, кому я показала автограф. – Ну, а люби она кого угодно другого – что из этого? На работе надо думать о работе.

Трудно на это что-то возразить. Но один из десяти задумался и сказал, что верит: когда в наше обслуживание придет интеллигентная молодежь, он сказал «молодежь на уровне», все сразу станет в порядке. А Рауль – это, мол, показатель, что пришла не та молодежь...

Рауль – это дабы расписаться в ведомости, это мне все равно, чем я занимаюсь, это характер поведения не привыкшего делать усилия юного мещанина. Ну, а то, что этот мещанин оказывается за прилавком, за кассой, в ресторане, в столовой, в магазине готового платья, так это от заблуждения, по глупости: здесь, мол, легче, чем у станка, чем на стройке, чем под землей. Оказывается, не легче. И он злится, свирепеет, что его обманули, что и здесь ему надо работать. Вот и вышло, что полученный мною автограф оказался мерой того сервиса, который и не сервис вовсе...

Ожидание той самой молодежи, которая все изменит, исправит, становится все более нетерпеливым. Где они, те парни и девчата, которые встанут вместо грубиянки-официантки, вместо подвыпившего продавца?.. Постойте, но ведь девушка, что написала автограф, уже пришла, и что же?

Значит, мало прийти. Надо прийти с чем-то. Что такое «люблю работу»? Умею ее делать или не поменяю ни на какую другую?

Рассмотрим ситуацию, которая повторяется каждый год в конце августа – начале сентября в Московской школе официантов и метрдотелей.

Только-только закончился очередной набор, и директор школы Нина Алексеевна Разоренова скажет: «Вот теперь я пойду в отпуск». А до этого было лето, и приказ об отпуске, и отпускные были получены и истрачены, только уйти Нине Алексеевне раньше не было никакой возможности – набор. Самый ответственный, самый хлопотный период в жизни школы. И не потому, что валом валят. А потому, что вала нет. И в просторных, прохладных коридорах школы мирно отщелкивают дни июнь, июль, август... Впрочем, в августе приходят абитуриенты.

– Неудачники, – грустно говорит Нина Алексеевна. – Они не прошли в институт. К нам они так... Больше посмотреть. Естественно, свысока. Мы ведь не вуз.

А их все равно принимают с нежностью. Ведь в молодости так легко все меняется. И школа показывает себя, ведь раз пришел сюда человек, значит, что-то его толкнуло. Разбудить, расшевелить это что-то... А может, это один из тех, в чьи школы они ходили. И как ходили! Блистательно сервировали столы перед изумленными учениками. В отутюженных костюмах, в крахмальных белоснежных наколках смотрелись, как на цветной обложке.

– Каждый раз после этого надежда – теперь-то придут. Не могут не прийти. «Наши» так всем понравились, – рассказывает Нина Алексеевна, – в каждой из школ держались, как на международном смотре.

А в отпуск уйти было нельзя. Всего сто человек пришло из школ. Сто... А надо много больше.

– Вот откуда она, поклонница Рауля, – от безрыбья, от случайности, может, от своей неудачи. Чего ж от нее ждать?

Владимир Александрович Киселев, заместитель директора по учебно-воспитательной работе, говорит прямо: «Нам нужен конкурс. И побольше... Чтоб нас искали, а не мы...» Нина Алексеевна смотрит на него укоризненно: почему же не искать самим? Будем искать. Отдачу побольше бы... Вот и все. Все-таки обидно: 670 школ, почти в каждой до сотни выпускников, а улов – 100 человек. Мало, так мало!

– Не пишите об этом, – говорит Нина Алексеевна, – это для нас антиреклама. Ведь обидно же, что не идут.

Поясняю, в школу принято 317 человек. На столе у директора стопочка писем от тех, кто ждет демобилизации, просит: «Зарезервируйте местечко, мы приедем в октябре». И школа резервирует. Ребята, прошедшие армию, желанные в школе, но все-таки основную часть набора составляют ранее работавшие. Их в этом учебном году принято 212 человек. Среди них много прекрасных ребят, таких, как Сережа Русанов, бывший до этого модельщиком.

– Ну, что делать, – рассказывает он, – если меня просто убивало однообразие? Я чувствовал: не то, не то... Мой друг Толя Федоров стал рассказывать о школе. Он здесь учился. Мама у меня медсестра, она была против. Но я все-таки пошел. И теперь знаю точно: не ошибся, мне интересно.

Это тот счастливый случай, которому так всегда рады в школе. Но как его предугадать? Как быть уверенным в том, что Володя Иванов, принятый в этом году, сын инженеров, найдет в школе то, что так долго ищет? А ищет действительно долго. У него в трудовой книжке просто букет разнообразных профессий – он и огранщик, он и грузчик, он и скорняк... Что это, естественные, нормальные поиски молодости, желание постичь и познать многое в рабочем деле или поверхностность, легкость? Для школы это пока тайна.

– Что вас привело к нам? – постоянный традиционный вопрос всем, подавшим заявление.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

Виджет Архива Смены