Но не очередной поклонник его молодости и таланта, как можно было бы предположить, а молодая очаровательная голубоглазая блондинка – балерина Ромола де Пульски.

Эта венгерка, дочь известной в Будапеште драматической актрисы, красивая обеспеченная, предприняла немало усилий, чтобы заполучить Нижинского. Специально для этого она выучилась танцевать, причем настолько хорошо, что смогла попасть в труппу «Русского балета» Дягилева и добилась того, что ее отправили в составе труппы на гастроли в Южную Америку, куда Карсавина поехать не смогла. Она неоднократно «знакомилась» с Нижинским, потому что он был столь рассеян, что не запоминал ни имен, ни лиц. Ее старания привели к тому, что прямо на пароходе, правда, не сам, а через третьих лиц, Нижинский сделал ей предложение. И они поженились в Буэнос-Айресе в католической церкви Архангела Михаила.

На этой свадьбе присутствовали русский и австро-венгерский министры, мэр Буэнос-Айреса, журналисты. Мэр говорил по-испански, и его переводили на русский, венгерский и французский языки, чтобы было понятно всем участникам и гостям церемонии…

Дягилев, узнав о женитьбе Нижинского, пришел в ярость. Он сообщил ему, что «Русский балет» больше не нуждается в его услугах. По сути, именно с женитьбой на Ромоле и закончилась балетная карьера Нижинского. Он пытался работать самостоятельно, но ничего не получалось, денег не было, а вскоре у них с Ромолой родились дочери Кира и Тамара. Нижинский постепенно начал сходить с ума.

Когда Ромола поняла, что, по сути, именно она стала причиной того, что Вацлав расстался с балетом, то пришла в ужас. Она видела, что ее муж умирает без работы, умирает его мозг. Много раз и она, и Дягилев, давно простивший беглого возлюбленного, пытались оживить его сознание с помощью музыки, танца, но Нижинский уходил все дальше и дальше... Ромола даже пригласила Сержа Лифаря, чтобы он станцевал перед не молодым уже Нижинским. Лифарь танцевал несколько часов подряд, и в какой-то момент в затуманенных глазах Вацлава проснулось что-то, и он… прыгнул! Так, как прыгал раньше, с баллоном, с этим великолепным «зависанием» над сценой. Прыгнул и угас снова. То был его последний прыжок.

В Россию Нижинский после того памятного путешествия в Южную Америку так и не вернулся. Он умер в Лондоне, в 1950 году, а через 3 года его прах перевезли в Париж и захоронили на кладбище Монмартра.

…Великий Божий Клоун, как он сам себя называл в дневниках, гениальный Петрушка, грустная марионетка в руках влиятельных любовников, великий артист, Вацлав не оставил нам ничего, что мы могли бы увидеть, - только грустное осознание того, что когда-то он был – Нижинский...   



• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 2

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.