— Не совсем твой профиль, — закончил разговор Поддымов, постукивая по ладони очками, — но, учитывая опыт, думаю, справишься.
Говорил он уверенно, как о давно решенном и принятом. Этот уверенный тон понравился Приходько, и он согласился.
Машину тряхнуло сильнее обычного. Приходько придержал рукой бутылки, устроился поудобнее и стал смотреть в окно.
Трудно поверить, что только месяц прошел с того дня, как он вкалывал на строительстве моста. Кажется, будто было это давным-давно. А сейчас машина, скорость и впереди море. Пока все отлично. Приходько не любил заглядывать далеко, считая, что все строится по кирпичику, плотно, один к одному, каждый на своем месте. И Поддымов такого же мнения. Так и сказал, когда отстранял Петра: не бренчи нервами, не заглядывай в космические дали, спокойно работай сегодня, спокойно спи, а завтра работай еще спокойнее.
Жестко он с Петром, но правильно. Нельзя неоправданно рисковать, и работать на глазок нельзя. Вообще-то, если быть справедливым, Поддымов — мужик крутой, но ужиться с ним можно. Вчера, вручая Приходько билет и документы, сказал сухо: «Море, дорогой, а потом мы с тобой развернемся. Главное, хороший старт». Нет, стоящий он, зря ребята говорят, что зверь.
Приходько закурил и посмотрел на своего попутчика. Тонкая шея, розовые уши торчат, славно лопухи, просвечивая темными прожилками.
«Тоже отдыхать хочет, — подумал о нем Приходько с неожиданной симпатией. — Что ж, каждому свое», — вспомнил он любимую фразу Поддымова.
Опустив стекло еще ниже, он жадно вдыхал свежий воздух. Грязь и песок, солнце и дождь, мороз и ветер, серые лица — все позади.
— Хорошо! — произнес он вслух.
— Что вы сказали? — Попутчик обернулся.
— Хорошо, говорю, — показал Приходько на выплывающее из-за поворота море. — И давайте знакомиться — ведь мы сейчас коллеги. Приходько Иван Николаевич. — И протянул руку.
— Казаков Игорь Львович, — ответил попутчик. — Простите, а почему коллеги? Вы тоже юрист?
— Я инженер, милейший, — ответил, смеясь, Приходько. — А на курорте все коллеги. Все мы носим высокое трудовое звание отпускников.
— Юрист тоже неплохо, — обиделся Казаков, — особенно тот, который людей направляет обратно, а не туда, — пояснил он жестами, что такое «туда», а что «обратно».
— Ну, это ты брось, — вмешался водитель, — есть людишки, что их следует только туда, никаких обратно.
При слове «обратно» он заложил лихой вираж. Приходько, завалившись, чуть не выдавил дверцу машины. Обратный вираж мгновенно вернул его к исходной позиции.
Казаков, схватившись одной руной за спинку сиденья, другой размахивал в воздухе.
— На дорогу смотри, — выкрикнул он, — людей везешь, убийца! Разобьешь — в тюрьму посадят.
— Вот это и есть — туда, — флегматично буркнул водитель, — только тебе это будет уже все равно, — добавил он и выплюнул в окно изжеванный окурок.
«Да, дорога здесь не для нервных», — подумал Приходько.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.