... Вездеход остановился возле небольшого морского буксира, по самую палубу спрятавшегося под лед. На его грязно-серой рубке цифра «восемь».
В обед в «восьмерке» многолюдно. Сюда сходятся все работающие на выморозке, чтобы немного отогреться, высушить одежду, перекусить. Вокруг металлической печки, раскаленной докрасна, в несколько этажей разместились унты, валенки, меховые рукавицы. От множества голосов стоит гул. Поминутно звонит телефон, и дежурный кричит в трубку какие-то слова, понятные одним морякам.
- Мороз нам помогает, он нас и губит, - рассказывают моряки, перебивая друг друга. - Особенно страшна пурга. В пургу самая работа. Майну занесет снегом - образуется тепловая подушка, может прорвать, затопить. Пропадет тяжелый труд многих дней. Пурга пять дней - значит, пять дней бьемся, откапываем. Бывает, что и по месяцу аврал длится. Когда майну заливает - у нас ЧП.
- Дайте я скажу, - врывается в разговор парень с рыжей бородой. - Помните Лешу Попова с «Оленегорска»? Возвращались мы со смены. Слышим: «Полундра! Прорвало майну!» Бросаемся туда. Леха торчит из проруби - собой закрыл ее. Пока народ добежал, его так морозом прихватило, что насилу оторвали. Валенки так и остались там. Вот как бывает.
- Отчаянный парень. К счастью, легко отделался, - сказал Анатолий. - Ну вот, пожалуй, и все о выморозке. И обед у нас уже кончился. Надо расходиться... Трудновато, конечно, и плавать и ремонтировать. Но порядок у нас флотский. Еще не бывало такого случая, чтоб судно к началу навигации не вышло в море.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.