— Трудно узнать человека за два дня.
— Думаете, Марина за отца из расчета пошла? Любила она его по-своему, хотя не осознала себя, вот что. Час ее не подошел. А внутренне она человек. И меня поняла, наверняка поняла, что за ухаживанием моим скоморошьим настоящее есть, поняла и то, что нельзя, и меня понять заставила. Как Татьяна, если хотите, если смеяться не будете.
— Не буду.
— Это хорошо. Люди людьми остаются, и настоящих полно, хоть некоторые и циниками представляются. А каждый надеется сквозь мишуру свет увидеть, не неоновый, настоящий. Да вы поглядите! Здорово-то как!
Мазин посмотрел туда, куда протянул руку Валерий, и увидел между деревьями взметнувшуюся над ущельем арку. Празднично яркие цвета солнечного спектра, неразъединимо переходя один в другой, перекинулись от хребта к хребту над речкой, лесом, снеговыми пиками, так что вершина радуги трепетала там, где тянулись самолетные трассы, а основания упирались в видимые простым глазом расщелины.
— Хорошая примета, — сказал Мазин.
— Да вы смотрите, смотрите...
И Валерий улыбнулся Мазину, забыв на минуту тревоги, опасения, невеселые раздумья.
«После такой улыбки мне придется поверить всему, что он наговорил», — подумал Игорь Николаевич, дожидаясь, пока художник вернется на грешную землю. И он вернулся.
— Что вам еще хотелось узнать?
И тут Мазин задал вопрос, который возник внезапно не только для Валерия, но и для него самого.
— У тебя есть паспорт?
— Паспорт?
— Ну, пусть не паспорт, любой документ, подтверждающий личность.
— Мою? Вы что...
Валерий, как под гипнозом, вытащил затрепанную книжечку.
— Это удостоверение. Правда, карточка отвалилась.
— Фотография мне не нужна. Спасибо.
Мазин вернул удостоверение и рассмеялся.
— Я ж говорил, что радуга — хорошая примета. А теперь скажи наконец, за что ты ударил пасечника.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Из перуанского дневника
29 января 1860 года родился Антон Павлович Чехов